Роберт Стромберг

Биография

У постановщика нового диснеевского блокбастера "Малефисента" Роберта Стромберга - два "Оскара", но его имя широкой публике малоизвестно: в режиссуре он дебютант, а высшие кинонаграды получил как художник таких фильмов, как "Аватар" и "Алиса в стране чудес".

Обычно режиссеры дебютируют малобюджетниками, однако "Дисней" поверил Стромбергу и отвалил на производство больше 130 млн долларов. И тот их с толком освоил, поручив главную роль Анжелине Джоли (гонорар - 15 млн), сняв картину в 3D и снабдив ее умопомрачительными эффектами.

- Джеймс Камерон в нашей беседе об "Аватаре" назвал вас одним из лучших художников-постановщиков в истории кино. И вдруг - режиссура. Почему?

- А я с детства хотел быть режиссером. Отец был постановщиком дешевых картин о монстрах. Снимал он их, в основном, в нашем гараже, и я вырос среди чудовищ, что впоследствии помогло общаться с продюсерами (мрачно улыбается), и в непосредственной близости от творческого процесса. Естественно, что мне хотелось делать что-то свое, но сразу не получилось, пришлось начинать с видеоэффектов, стать художником, а теперь вот добрался.

- Почему вы выбрали для дебюта "Малефисенту"?

- Не только выбрал, но и пробивал! Что стоило немало сил и нервов. Пришлось сделать видеопрезентацию и побегать с ней по этажам, пока Джо Рот, продюсировавший "Алису в стране чудес" и "Оз: великий и ужасный", не поверил мне и не запустил ленту в работу. Почему она? Это опять идет из детства. Отец настаивал, чтобы вся семья смотрела диснеевскую классику, причем не раз. Я и сейчас наизусть помню "Пиноккио", "Белоснежку", "Золушку" и, конечно, "Спящую красавицу". Именно эти картины, наряду с семейной традицией, конечно, родили во мне желание работать в киноиндустрии.

- Это замечательно, но почему вы подошли к классической истории так, мягко говоря, творчески, сместив акценты и занявшись психологией ведьмы?

- Уточним: не ведьмы, а феи. Феи - существа нежные, летучие и приносящие счастье. И если одна из них ступила на скользкий путь нарушения сказочных правил, то хочется знать - почему? В диснеевских сказках не меньше зла и трагедий, чем в шекспировских пьесах. Гибнет Бэмби, угнетается Золушка, отравляется, как отец Гамлета, Спящая красавица, давится яблоком Белоснежка. Дети понимали, что это - чистое зло, и воспринимали его без вопросов. Зло появлялось немотивированно и наказывалось непременно - это было ожидаемо. А их внуки накопили, к счастью или несчастью, богатый опыт столкновений с реальностью, и показывать им чистое зло - неинтересно: не поверят. Им нужно знать, почему и как это зло появилось, и почему терпит поражение. И все объяснения следует делать внутри сказки: иначе это будет тошнотворно. Они должны быть связаны с реальностью: иначе никто не поверит. А сказке нужно верить.

- Как вы, дебютант, не побоялись взять на главную роль Анжелину Джоли - диву, славящуюся непростым характером, мечту папарацци, личность с жестким видением мира?

- Ха! Я же начинал как художник, а художники, во-первых, славятся бесшабашностью, а во-вторых, мечтают найти холст побольше, чтобы изображению не было тесно. Для большого фильма нужны большие артисты, поэтому загадочная и сильная Джоли идеально подходила для роли Темной феи. Конечно, я готовился и к капризам, и к конфликтам...

- Работая с такими мастерами, как Тим Бёртон, Роб Маршалл, Джеймс Камерон, вы, наверное, научились общаться со звездами?

- Ни черта я не научился: у каждого был свой подход, и общее правило вывести невозможно. Но оно и не понадобилось: Джоли оказалась идеальным партнером. Мы обсуждали нюансы роли, иногда я соглашался с ее трактовкой, но если и не соглашался, конфликтов не было - она делала то, что я ее просил. Вообще, нам удалось добиться мечты каждого режиссера - ансамбля. Сюжет построен вокруг хорошей девочки, ставшей злой феей Малефисентой, но нашедшей и доброту, и любовь, а Джоли здесь не солистка, а скорее - первая скрипка. И на жадного до власти короля Стефана, которого играет Шарлто Копли ("Район № 9"), и на ворона Диавала (британский актер Сэм Рипли, и на принцессу Аврору, детские годы которой сыграла Вивиан Джоли-Питт, а взрослые - очаровательная Эль Фаннинг - ложилась колоссальная нагрузка, которую они с честью вынесли.

- Мне известна масса историй, как актеры, ставшие режиссерами, с азартом начинали гноить бывших коллег, показывая, кто в доме хозяин. Вы учили ваших художников ходить по струнке?

- Я поступил умнее: пригласил неизвестных молодых ребят Гэри Фримена и Далана Коула. Фантазий у них много, а зубы еще не выросли, и работа шла мягко, гармонично. Надеюсь, когда они сами станут режиссерами, оценят этот урок и выразят благодарность где-нибудь в титрах.

- Сложно было насытить в общем-то мрачную картину юмором?

- Юмор - замечательный фильтр, рафинирующий отношения героев. Силу юмора в жути замечательно использует Тим Бёртон, у которого я работал на "Алисе", и я в полной мере смог оценить мощность этого инструмента. Поэтому замена сентиментальности на юмор для меня принципиальна.