Ирина Горбачева в фильме «Аритмия»
Вы не очень много снимались в кино, и тут — главная роль. Расскажите, как вы вообще в «Аритмии» оказались?
— Классически. Просто пришла на кастинг, пробовалась раза четыре или пять. У меня было несколько партнеров, включая Сашу (Александра Яценко. — Прим. ред.), и не было никакой уверенности, что я попаду в фильм. Мне было непонятно, подхожу я или они просто не могут найти другую актрису, которая может подавать реплики партнеру (смеется).
То есть вам просто понравился сценарий. Чем?
— Да, конечно, понравился. Хотелось поработать с Борей (Борисом Хлебниковым. — Прим. ред.), о котором я в тот момент знала очень мало. Я видела фильм «Пока ночь не разлучит» и сериал «Озабоченные», который мне очень понравился. В общем, я ничего толком про Хлебникова не знала, а мой супруг (актер Григорий Калинин. — Прим. ред.) сказал: «Ира! Это же Боря Хлебников!» (Смеется.) Просвещать он меня потом уже начал, я, конечно, посмотрела все его фильмы… Короче, авторитет для меня тогда имел меньше значения, просто в меня очень попала история, рассказанная в этом сценарии. Я, читая, даже поплакала в самом конце — такое со мной бывает крайне редко. Не знаю, как сказать. Это очень живой сюжет, прекрасные диалоги.
После первых показов некоторые зрители и мои коллеги говорили, что про вашу героиню ничего не понятно, что ее характер не проработан. Мне лично так не кажется, но можете ли вы как-то сформулировать, какая она?
— Я бы сказала, что она находится в режиме ожидания. Она еще ничего не решила. То есть внешне — да, она сказала мужу, что им надо развестись, но на самом деле внутри она этого решения еще не приняла. Она ждет: произойдет что-то, какой-то кардинальный перелом в их отношениях, или нет? Для меня эта история о том, как герои потеряли не столько любовь, сколько дружбу, которая была между ними. Они в первую очередь были друзьями, а теперь их отношения перешли в разряд разговоров типа: «Тебя не устраивает, что я пью?» Она не хочет входить в ситуацию стандартной пошлой семейной драмы… Наше поколение любит слово «адекватность». Так вот, моя героиня — наблюдатель, через которого зритель понимает, насколько неадекватно со стороны выглядит герой.
То, что вы говорите, не очень укладывается в популярные представления о современной героине как сильной независимой женщине.
— Мне кажется, это какая-то навязанная позиция. Я за равноправные отношения и за дружбу. Это значит, что ты можешь рулить, но всегда готов спокойно передать руль другому. И никто от этого не устает и не кричит: «Эй, почему ты все время рулишь?!» То есть я за взаимопонимание и взаимное уважение. Представления, о которых вы говорите, растут из борьбы женщин за свои права, которая шла много лет — и была совершенно справедливой. Но сейчас эта правильная, но слишком радикальная позиция приводит к нежелательным последствиям.
Сегодня женщина пытается доминировать, пытается быть сильной и независимой, но забывает, что если сильна ты, то партнер оказывается в ситуации какого-то неестественного соревнования. Это просто оборотная сторона ситуации типа «я мужик-мужик, а ты баба-баба».В таких отношениях всегда есть насилие — если не физическое, то моральное. В общем, мне кажется, что люди должны учиться дружить.
А каков ваш идеал героини?
— Жанна д'Арк. Это самая сильная героиня в истории, которую я знаю. Я ее даже в институте когда-то играла, она мне очень близка.
Чем?
— Тем, что в ней нет корысти. Все, что она делает, — не ради себя, а во имя Бога и людей. Она понимает, что может лишиться жизни в любой момент, и идет на эту жертву. Я бы хотела быть бесстрашным человеком — в конце жизни, во всяком случае.
Ну давайте не будем с этим торопиться.
— Да, я пока тут посижу еще (смеется).
Тогда вернемся к «Аритмии». У вас там есть несколько эротическая сцена, я уже видел даже обсуждение в соцсетях. Сложно было сниматься в ней? И насколько она, на ваш взгляд, необходима?
— Да, мне кажется, она абсолютно необходима. Это единственный за весь фильм момент какого-то влипания друг в друга, в то, что они пытаются вернуть. Мы в этой сцене понимаем, что они очень друг друга любят, это два любящих страстных человека. Это не просто секс, это тотальная необходимость друг в друге. При этом, когда меня раньше спрашивали, готова ли я сняться в постельной сцене, я всегда отвечала: только у хорошего режиссера с хорошим сценарием. Не иначе. Но сниматься было очень страшно!
Мы же привыкли, что постельные сцены — это обычно красиво: плечо, рука, взгляд, поцелуй. А тут все как-то просто, нелепо — как в жизни.Я, помню, спросила Борю: когда свет-то выключат? А он ответил: «Зачем?» Герои же не то чтобы планировали заняться сексом, просто так вышло, тут не до выключателя. И в то же время я понимала, что там, в этой комнате, одна лампочка, которая заливает все каким-то неровным светом, и я не понимаю, как это будет выглядеть, какая будет крупность… В общем, сначала были нервные смешки, потом внутрь влилось немножко алкоголя, который помог хоть немного отключить мозг. Это было дико сложно, но и смешно — мы с Сашей ржали после каждого дубля над этой своей какой-то страстной нелепостью. Мы же с ним те еще секс-символы поколения (смеется).
Во время загрузки произошла ошибка.Ну да. Причем Яценко кинозритель все-таки знает, а про вас известно, что у вас популярный инстаграм и что вы много играете в театре. При этом в кино вас особенно не было видно. Вы сознательно начали двигаться в этом направлении?
— Меня начали звать в кино, я стала на что-то соглашаться. Мне кажется, что сознательность тут наступает в тот момент, когда ты начинаешь серьезно отбирать роли. А для меня просто кино всегда было близко, мне нравится сниматься, но любви, дружбы и взаимопонимания до «Аритмии» в кино у меня не было.
Российские актрисы часто жалуются на то, что им редко предлагают интересные роли в кино. Как у вас с этим?
— Пока, к счастью, везет. Вот сейчас я у Дани Козловского в «Тренере» сыграла президента футбольного клуба — довольно феминистическая героиня, сильная, очень молчаливая. В комедии «Я худею» другая роль, но мне очень нравится сам по себе жанр. И вот сейчас я еще снимаюсь у Дуни Смирновой в фильме «История одного назначения», в котором играю Софью Андреевну Толстую — и это, конечно, роль, о которой я могла только мечтать.