Майкл Дж. Фокс назвал свой любимый роман о путешествиях во времени

Теперь мы знаем всё о литературных пристрастиях Майкла Дж. Фокса — в рубрике «By the Book» в New York Times звезда трилогии «Назад в будущее» рассказала о любимых писателях и книгах, назвав в том числе и любимый роман о путешествиях во времени.

Цитируем интервью в формате опросника Марселя Пруста:

Какими книгами вы зачитывались в детстве? Лет в 12 я был фанатом Агаты Кристи. В подростковом возрасте это переросло в интерес к нуару — среди прочих я читал Реймонда Чандлера, Дэшила Хэммета, Джеймса Кейна.

Последняя книга, которую вы прочитали? «Джентльмен в Москве». Проза Амора Тоулза с её темпом повествования и развитием персонажей не имеет себе равных. Его произведения вызывают редкое и неизменно прекрасное желание продлить удовольствие.

Какую книгу люди с удивлением обнаружили бы на ваших книжных полках? Тору.

Есть ли у вас любимые книги о путешествиях во времени? Я бы отметил книги Джека Финнея, особенно роман «Меж двух времён» — идея использовать в качестве машины времени (без всяких технологий) здание «Дакота» гениальна.

Вы называете себя неисправимым оптимистом — а кто ваши любимые литературные пессимисты? Эдгар Аллан По. Даже удивительно, что столь мрачное творчество («Ворон», «Сердце-обличитель», «Убийство на улице Морг», «Падение дома Ашеров») до сих пор захватывает меня, от этих шедевров трудно оторваться. Что касается пессимизма, могу сказать лишь одно: в каком бы настроении я ни начал читать рассказы По, они гарантированно сотрут улыбку с моего лица.

Вы устраиваете литературный ужин. Каких трёх писателей, живых или умерших, вы бы на него пригласили? Марка Твена — за его красноречие и неподвластный времени юмор. А чтобы добавить к юмору чувство возвышенного — Патти Смит. В своей книге «Просто дети», рассказывающей о её дружбе с Робертом Мэпплторпом, она доказала, что у неё огромный писательский дар. В самом деле, разве вас не веселит мысль, что она и Сэмюэл Клеменс будут вместе ужинать? И наконец, я бы зарезервировал место для Шекспира — ну, просто потому, что это Шекспир. Правда, тогда пришлось бы пригласить четвёртого человека — переводчика.