Серго Закариадзе

Биография

Учился на филологическом факультете Тбилисского университета. С 1928 года выступал на сцене Кутаисского театра, позднее в Театре им. Марджанишвили в Тбилиси. С 1956 года работал в Театре им. Руставели.

В кино с 1934 года. Уже в первых работах актеру удалось передать самобытный национальный характер, полный лукавого юмора. Закариадзе в полной мере удавались как комедийные, так и роли, полные драматизма. Среди его лучших работ: князь Бараташвили («Георгий Саакадзе», Государственная премия СССР, 1946), Георгий («День последний, день первый»).

Но главной ролью в актерской судьбе Закариадзе стала роль Георгия Махарашвили в фильме Резо Чхеидзе «Отец солдата». За исполнение этой роли актер был удостоен Ленинской премии (1966), а фильм - премии Московского международного кинофестиваля. Многоплановостью, философичностью характера отмечен образ Левана в фильме Георгия Данелия «Не горюй».

Серго Закариадзе ушел из жизни 12 апреля 1971 года в Тбилиси. В честь Серго Закариадзе назван морской корабль, приписанный к Новороссийскому морскому пароходству.

Статья на сайте телеканала «Культура» от 1 июля 2009 года: «Серго Александровичу Закариадзе - 100 лет!»

Он был убежден, что по-настоящему актерский талант может раскрыться только на сцене, и не слишком жаловал кинематограф. Впрочем, как это часто бывает, славу ему принесло именно кино. После съемок в легендарном фильме Реваза Чхеидзе «Отец солдата» Закариадзе узнали не только в СССР, но и во всем мире. Его герою, прошедшему всю войну в поисках сына, в Грузии даже поставили памятник. На съемках фильма Сергея Бондарчука «Ватерлоо» актеру стоя аплодировала многотысячная массовка. Рассказывают «Новости культуры».

Режиссер Реваз Чхеизде, прочитав краткий сценарий, написанный всего на восьми страницах, не сомневался: никто кроме Серго Закариадзе не сможет это сыграть. В итоге актер собирал образ по крупицам. Чтобы у героя была тяжелая, грузная походка, к ботинкам крепили специальные наклейки, которые вырезали из автомобильных шин. Даже смешные, чуть оттопыренные уши – это тоже его изобретение. Гримеры лишь удивлялись такой находчивости.

«Он заклеил уши, и они стали более смешными. Он выглядит как-то по-детски. Такого точного человека в отношении работы я не встречал», – заверяет режиссер Реваз Чхеидзе.

В тринадцать лет Серго Закариадзе уже знал, что в жизни хочет заниматься только актерской профессией. В театральную студию он поступил вольным слушателем, но из-за недоразумения был исключен.

«Вечером он подождал ректора, подошел к нему и сказал: «Вы несправедливо меня отчислили». Есть такое грузинское выражение: «Сбрейте мои усы, если я вам не отомщу». Так буквально он и сказал. А ректором был мой дедушка, отец моей мамы. Впоследствии он женился на его дочке, они всю жизнь были большими друзьями. Дедушка все время смеялся: «Что ты мог сделать хуже для меня?», – рассказывает сын актера Гурам Закариадзе.

Черно-белые фотографии – немногие документальные свидетельства его невероятных театральных ролей. Когда в конце 1950-х в Москву привозили «Царя Эдипа», выстраивались огромные очереди за билетами. При этом Закариадзе всегда был предан только одному коллективу – Театру имени Шота Руставели, в котором он играл еще у легендарного Котэ Марджанишвили.

«У него был один недостаток: когда он участвовал в спектакле, его необходимо было удерживать, чтобы он не заслонял собой других. На это он всегда с улыбкой отвечал: «Ну, вы представляете себе на скачках, когда вырываешься вперед, думаешь ли, что ты на грудь вырвался вперед, а за тобой другие? Так же у меня получается в театре», – вспоминает киновед Корина Церетели.

Говорят, он не очень любил кино. Особенно не доверял монтажу, в процессе которого вырезаются некоторые сцены. Так было и с последней его ролью генерала Блюхера. Ее порядком сократили. Каждый раз актер ставил перед собой сложнейшие задачи. Чтобы понять это, надо знать, как Серго Закариадзе готовился к роли.

«Сначала он начинал размышлять просто так, извлекая из головы свой опыт встреч с другими людьми, прочтенное и так далее. Потом – у него был очень хороший каллиграфический почерк – от руки переписывал напечатанную роль. Иногда переписывал всю пьесу, всех персонажей», – рассказывает сын актера Гурам Закариадзе.

В театре он совсем не боялся провала, потому что всегда был готов начать работу заново, с чистого листа. Врачи знают, чего это ему стоило. После спектаклей Серго Закариадзе получал от них письма, в которых доктора благодарили актера за прекрасную игру, но в категорической форме рекомендовали беречь себя. Чего он совсем не умел делать.