Стефан Данаилов

Биография

В 1956 году будучи в 14-ти летнем возрасте дебютировал в кино, снявшись в фильме «Следы остаются». В 1966 году окончил ВИТИЗ (ныне НАТФИЗ), мастерская С. Сарчаджиева, М. Андонова и А. Михайлова.

Работал в Пловдивском театре им. Н. Масалитинова, театре Болгарской армии, Национальном театре им. И. Вазова.

Молодой актер вошел в кинематограф быстро и, казалось, легко. Он занял место, которое в болгарском кино было вакантным. С ним вместе пришел молодой герой 60-х годов. Данаилов знает своего сверстника, эмоционально ощущает его порывы, иногда смотрит на него с иронией, но никогда не бывает к нему равнодушен.

Критики, как ни странно, писали, что Данаилов пришел в кино случайно. Случайным можно считать лишь его участие в детском фильме "Следы остаются". Разумеется, режиссер Петр Василев мог попасть в другую школу, и тогда другими оказались бы его актеры, с азартом разыгравшие приключения маленьких разведчиков, выследивших группу шпионов. Стефан играл в фильме не главную роль, однако его герой Веселии обладал ярко выраженным характером, был весьма активным, сообразительным, резким на слово мальчуганом. Во всяком случае определенность натуры маленького актера уже сказывалась и здесь.

Стефан рос в актерской семье. Его сестра Росица Данаилова и ее муж Иван Кондов - известные болгарские театральные актеры. С детства он слышал споры об искусстве, был знаком с театром не только из зрительного зала. Сегодня Данаилов вспоминает: "В школьные годы я никогда не думал стать актером, но по-детски восторженно любил искусство во всех его проявлениях, о чем достаточно красноречиво говорит тот факт, что я участвовал во всех видах самодеятельности, начиная от драмкружка, хореографической группы и кончая духовым оркестром и хором".

Природное лицедейство проявлялось до поры до времени в молодежных компаниях, кумиром которых он был, и в кругу друзей. Своими бесчисленными проделками и затеями он доставлял много беспокойства семье, но очень скоро эта юношеская энергия нашла свое применение в кино.

Окончив школу, Стефан Данаилов сделал для себя выбор и выдержал конкурсные испытания в высший институт театрального искусства в Софии, после чего последовала служба в армии. В это самое время, когда Стефан Данаилов проходил действительную службу, известный болгарский режиссер Рангел Вылчанов приступил к постановке картины "Инспектор и ночь". Данаилов был отозван на съемки, чтобы сыграть в этом фильме роль праздношатающегося, молодого человека, завсегдатая софийских кафе. Можно предположить, что эта роль была предложена ему режиссером по некоему типажному признаку. К тому же Стефан хорошо знал эти кафе, молодежные компании, населяющие их по вечерам.

И вот появился Том в фильме - высокий, еще тянущийся вверх подросток с напускной важностью, которая ему необходима, чтобы показаться перед своей девушкой этаким лихим парнем, готовым даже в драке отстаивать ее честь. Но бравада мальчишки быстро исчезает, когда он летит кубарем, получив ловкий, профессиональный удар инспектора милиции. И вдруг совсем по-детски начинает он просить инспектора его отпустить.

Неопытность молодого актера, еще по существу не переступившего дверей театрального института, а только выдержавшего конкурс, с лихвой покрывалась его тонким чутьем и природным обаянием.

Талантливый и очень любящий актера режиссер Рангел Вылчанов на этот раз действительно не только открыл Данаилова для кино, но и помог ему создать образ, за которым просматривалась целая прослойка молодежи.

Небольшой эпизод в фильме "Безмолвные тропы" был для Данаилова своего рода "зарисовкой" образа современного молодого человека, любителя веселых компаний и праздного времяпрепровождения.

Типажность в кинематографе стала бичом многих актеров, и не всем удается из нее вырваться. Она угрожала и Стефану Данаило-ву. Еще один вариант знакомого типажа появился в киносборнике новелл (1967), который состоял из двух частей. В первой его новелле "Если нет поезда" звучал активный протест против современной разновидности мещанства, его провинциального издания. Авторы второй новеллы сборника - "Море" (сценарист Г. Бранев, режиссер П. Донев) несколько отошли от первоначального замысла. Они увлеклись импровизацией на тему о житье-бытье молодого журналиста, которого играл Данаилов, посланного корреспондентом на Солнечный берег, и их пафос разоблачения мещанства к концу фильма угасал. Критикам показалось, что авторы в своем увлечении пошли за некоторыми мастерами западного кинематографа. Но, пожалуй, здесь больше проглядывает стремление показать великолепное побережье, достаточно "сладкую жизнь" героя и свойственное его возрасту желание развлечься. Стефан Данаилов разделил увлеченность авторов фильма и их желание создать некое кинематографическое эссе о жизни журналиста в разгар сезона, но прибавил к этому и некоторую долю иронии. С видом усталого от жизни человека совершает его герой вечерний объезд. По какому-то, уже ставшему привычным, ритуалу движется он по кругу вечерних и ночных заведений, встречается со знакомыми, пьет, танцует и в довершение у кого-то из-под носа увозит девушку. С юношеским азартом разыгрывает актер сцены, когда изрядно захмелевший журналист хочет почувствовать себя на некоторое время героем, пролетая на бешеной скорости по ночному приморскому шоссе, пусть даже не на собственной машине. Поворот шляпы, и вот уже он чувствует себя в роли какого-то иностранца, затем шляпа сброшена, и, прильнув к рулю, Тони представляет себя гонщиком на европейских состязаниях. Молодым людям весело, и они так увлеклись, что не заметили голосовавшего в темноте пешехода.

Наутро приходит горькое похмелье, а неожиданная новость о смерти сбитого ночью человека рождает страшную догадку о возможности собственной вины. Тони спешно разыскал на берегу свою ночную спутницу и отправился с нею на место происшествия. Милиция отстранила журналиста от участия в расследовании. "Прессе здесь нечего делать", - сказали ему. Как будто угроза миновала. Он вне подозрений. Но лихорадочные воспоминания о прошлой ночи, о бешеной гонке заставляют его думать, что именно он был причиной гибели человека.

Молодые люди на берегу бушующего моря. Пережитые минуты волнения приводят к взаимным обвинениям, к истерике. Авторы фильма яе снимают вины со своих героев. Они не раз подчеркнули их распущенность, цинизм, равнодушие к окружающим. Но финал должен сказать, что наступил катарсис, который вселяет надежду.

Читать биографию полностью...