Марина Неёлова

Биография

Марина Неёлова родилась в Ленинграде в семье, не имеющей отношения к театру и кино. Ее мама, Валентина Николаевна, со студенческой скамьи ушла добровольцем на фронт и всю Великую Отечественную служила радистом в Мурманске. Участвовала в жестоких боях. Война помешала ей получить высшее образование. Затем родилась Марина, и мама целиком посвятила себя воспитанию дочери.

Любовь к искусству родители привили Марине с детства. Они часто ходили с дочерью на концерты и спектакли. Отец, стараясь приобщить ее к живописи, развешивал по стенам собственные акварели. Мама исправно водила свою тоненькую, изящную девочку на занятия балетом. Любовь к балету осталась у Марины на всю жизнь. Главным же для нее всегда был театр. По ее словам она никогда не представляла себя ни кем кроме актрисы.

Поступление в ЛГИТМиК

По окончании школы, в 1964 году, Марина подала документы в Ленинградский институт театра, музыки и кинематографии (ЛГИТМиК). Конкурс был как всегда очень большой - сто человек на место. В толпе рослых красавиц миниатюрная скромница Марина чувствовала себя этакой мышью: худющая, ножки "веревочками", глазищи испуганные, голосок срывается от волнения… "Да что ж это такое? Так меня ни за что не примут! - думала Марина, оглядывая своих статных конкуренток. - Хоть бы стул какой на сцене поставили, за который можно спрятаться и оттуда отрывок читать".

Стула никакого не было, и Марина, собрав всю волю в кулак, начала: "Отрывок из романа "Война и мир". Марья Львовна Куракина с дочерью!" Выбор текста был не самый лучший - наверняка "Первый бал Наташи" уже набил оскомину экзаменаторам. Но Марина сумела произвести впечатление. Матерые лгитмиковские профессора наметанным глазом сразу разглядели в девушке огромный драматический талант. Она была принята на курс очень известных питерских педагогов - Ирины Мейерхольд, дочери знаменитого режиссера и театрального реформатора Всеволода Мейерхольда, и ее мужа, известного актера Василия Васильевича Меркурьева.

Учась в институте, Марина Неёлова заявила о себе, как о весьма неординарной актрисе. Сам Меркурьев отметил ее этюд в своем дневнике эффектной фразой: "Ее биомеханическая ворона совсем как живая".

Театр

В 1969 году Марина Неёлова окончила институт. У нее были все шансы попасть в труппу какого-нибудь прославленного театра. Как признается сама актриса, она буквально грезила БДТ и легендарным его режиссером Георгием Товстоноговым. Но… даже показываться в БДТ Неёлова не стала. Боялась не понравиться, не поступить - и не справиться со страшной травмой в самом начале пути. Поступив в штат "Ленфильма", она баюкала себя совершенно детской мечтой: вот снимется в каком-нибудь удачном фильме, и сам Товстоногов ее заметит и пригласит в свой театр. "Полный бред, конечно". Она была и, говорят, до сих пор осталась страшной трусихой…

Товстоногов, кстати, после "Старой, старой сказки" молодую актрису заметил, сказал своим, что надо бы с актрисой встретиться, что, мол, кинорежиссеры ее погубят. Но пока Товстоногов собирался, Неёлова с киностудии уволилась и уехала в Москву - в неизвестность. "И очень напрасно, - прокомментировал тогда этот поступок Георгий Александрович - Она потеряет все". Однако и Товстоногов иногда ошибался.

В 1971 году Марина Неёлова устроилась в Театр имени Моссовета к Юрию Завадскому. Там она работала недолго. Сыграла в пьесе Ивана Буковчана "Сердце Луиджи, или Казнь тупым мечом", которую уже никто не помнит. Репетировала у Анатолия Эфроса, которого помнят все и до сих пор боготворят. Он ставил тогда "Турбазу" Эдварда Радзинского, но спектакль запретили.

В этот момент на Неёлова и обратил внимание молодой талантливый режиссер "Современника" Валерий Фокин. Вместе с Константином Райкиным в 1974 году они пригласили ее войти в их спектакль "Валентин и Валентина". Что значит случай в актерской биографии! До Нееловой эту роль играла Ирина Акулова, но она из театра ушла. До Неёловой на эту роль звали Ирину Муравьёву, но она уйти в "Современник" из Детского театра отказалась. А для Марины Неёловой пьеса Михаила Рощина стала не просто удачным дебютом на сцене, но всеми замеченным началом большой и счастливой театральной биографии. С тех пор она служит в "Современнике" почти уже тридцать лет.

За это время она играла в таких спектаклях, как: "Двенадцатая ночь" (Виола), "Вишневый сад" (Аня), "Три сестры" (Маша), "Ревизор" (Марья Антоновна) и других.

Изящная актриса

"По сцене она движется как беспокойная кошка… у нее голос избалованной девочки и эротическая внешность, которая электризует публику", - так отзывались о ней критики. Ее хрупкость, изящество, талию объемом в 54 сантиметра безмерно ценят модельеры. Вячеслав Зайцев, одевая Неёлову для спектакля "Вишневый сад", специально ездил в Париж за кружевами, шелками и страусиными перьями, потому что считал, что такую женщину одевать иначе было бы преступлением!

Вес у Марины Мстиславовны всегда был "балетным". 45 килограммов, и ни грамма больше! Войдя в любой лифт, Неёлова непременно подпрыгивает: только тогда лифт соглашается везти свой груз… Однажды, встав на весы на каком-то южном курорте, Неёлова обрадовалась: "48! Неужели удалось поправиться!" Проходящая мимо женщина мгновенно развеяла ее иллюзии: "Дамочка, а что-же Вы с арбузом-то взвешиваетесь!"…

Застенчивая Марина вечно комплексовала из-за своей худобы. Масла в огонь подливали ехидные коллеги. Например, Константин Райкин так задумчиво-задумчиво говорил ей: "А что, нравятся мне твои ноги! Они так извиваются, извиваются…"

Кино

В кино Неёлова дебютировала, еще учась на третьем курсе - она снялась в фильме Надежды Кошеверовой "Старая, старая сказка". Там она сыграла сразу две роли - капризную принцессу и мечтательную дочь трактирщика.

Первые роли актрисы в кино были сказочно-романтичными ("Тень", "Принц и нищий"; "Сломанная подкова" ) или лирическими ("Цвет белого снега"; "Ждем тебя, парень!" ). Яркое драматическое дарование актрисы, ее способность проявлять искренние чувства на пределе человеческих эмоций раскрылись в роли Нины в кинокартине "Монолог".

В кино Неёловой блестяще удается воплощать образы ранимых, хрупких, незащищенных героинь, которые тем не менее упрямо отстаивают личную независимость - Степанида Базырина ("С тобой и без тебя", Приз "Золотая фемина" на Международном фестивале в Брюсселе), Саша Неродова ("Просто Саша" ), Валентина Костина ("Слово для защиты" ), Нина Георгиевна ("Фотографии на стене" ), Алла ("Осенний марафон", Государственная премия РСФСР за 1981).

После съемок своего телефильма "Ночь ошибок" (1975) Михаил Козаков-режиссер признался, что восхищен работоспособностью Неёловой: она так серьезно относится к делу, что звездная болезнь ей не грозит.

Утвердив себя в драматическом амплуа, актриса вновь испытала склонность к лирической комедии или легкому фарсу ("Красавец-мужчина"; "Дамы приглашают кавалеров"; "Карусель"; "Чужая жена и муж под кроватью"; "Мы веселы, счастливы, талантливы" ).

Следуя известной фразе, что искусство требует жертв, Марина Неёлова жертвовала и своим комфортом, и здоровьем. Где вы найдете на западе звезду, которую заставляли сниматься в постельной сцене зимой в полуразрушенном доме? Именно так снималась сцена в "Осеннем марафоне". Актеры лежали под одеялами, а между ними, вопреки правилам пожарной безопасности, находился обогреватель.

На съемках фильма "С тобой и без тебя", режиссер Родион Нахапетов заставлял Марину, игравшую батрачку, в течение нескольких недель таскать мешок, набитый камнями, вставать на рассвете, доить коров и коз, косить траву, рубить дрова, полоть лен…

В том же фильме ее должен был ударить Юозас Будрайтис. В первых дублях он бил ее деликатно, но все равно достаточно сильно - актриса падала, ударялась о телегу. Но режиссеру все казалось неубедительным, поэтому он попросим бить "понатуральнее". В результате в конце съемочного дня на лице у Неёловой красовались натуральные синяки и ссадины.

С середины 80-х Неёлова снимается все реже. При этом она чередует современные драматические ("Дорогая Елена Сергеевна", 1988; "Ты у меня одна", премия "Ника" ) и костюмно-исторические трагикомические образы ("Тень, или Может быть, все обойдется", телефильм "Ревизор", 1996; "Сибирский цирюльник" ).

Большой интерес зрителей вызвала картина Евгения Татарского "Тюремный романс" (1993), поставленная на основе реальных событий. Марина Неёлова исполнила главную женскую роль в этом фильме - следователя прокуратуры Елену Шемелову, влюбившуюся в заключенного.

В кино душа Неёловой металась от одного режиссера к другому и рвалась на части. Но режиссеры, сценаристы, партнеры и даже композиторы сплошь попадались ей только хорошие или очень хорошие. Она снималась у Ильи Авербаха и Семена Арановича, Эльдара Рязанова и Михаила Козакова, Вадима Абдрашитова и Маргариты Микаэлян, Родиона Нахапетова и Ивана Киасашвили, Никиты Михалкова и Романа Балаяна… Она произносила в кадре тексты Александра Николаевича Островского и Евгения Шварца, Дунского и Валерия Фрида, Евгения Габриловича и Александра Володина, Александра Миндадзе и Александра Бородянского… Напевала мелодии Виктора Дашкевича и Олега Каравайчука, Андрея Петрова и Альфреда Шнитке, и даже Сергея Курехина… Любила до самозабвения, до обморока героев Андрея Миронова и Олега Даля, Сергея Юрского и Станислава Любшина, Константина Райкина и Олега Табакова, Олега Басилашвили и Михаила Ульянова, Юозаса Будрайтиса и Леонида Куравлева, Александра Збруева и Александра Абдулова… Не судьба, а большой советский кинословарь.

Роман с Гарри Каспаровым

"Неёлову всегда хочется защищать, она как будто слишком хрупка для этого мира", - так отзываются о ней коллеги-мужчины. Когда двухлетняя нежная любовь Марины к сильнейшему шахматисту кончилась крахом, на ее защиту встала чуть ли не вся московская артистическая публика. Валентин Гафт, например во всеуслышание заявил, что Каспарова теперь не станут принимать ни в одном уважающем себя доме…

Марина познакомилась с Гарри в 1984 году в гостях у пианиста Владимира Крайнева. Каспарову был 21 год. Неёловой - на 16 лет больше. Что же могло объединить этих двух, казалось бы, таких разных людей? Наверное дело в том, что на Марину всегда неотразимо действовал чей-то талант. А на Каспарова подействовало дразнящее очарование Неёловой. "Вне сцены говорили, что она - та женщина, которая прячет свою душу глубоко внутри, словно роза - шипы. Короче говоря, это была неординарная женщина", - так несколько лет спустя он написал в своей книге.

А возрастная разница… Так Неёлова всегда была "не от мира сего", и земное понятие возраста к ней плохо применимо.

Каспарову нравились женщины постарше, годящиеся на роль "второй мамы", вечно опекающей и не слишком требовательной. Да только вот на роль опекающей мамочки Неёлова не годилась. Ее саму надо было и защищать и поддерживать.

Гарри жил в Баку, в Москве бывал только наездами. Марина никогда не летала к нему сама. Рядом с Гарри была его мать - Клара Шагеновна - женщина властная, признающая в жизни только одну ценность - карьеру сына. Она и положила конец этой любви Призрак брачных уз, которые могут помешать карьере сына, страшно пугал ее. Послушав мать Гарри прекратил с Неёловой все отношения.

Семейная жизнь

И все же Марина обрела свое счастье. Как-то на отдыхе она познакомилась с дипломатом Кириллом Геворкяном. Любовь была стремительной, брак стал счастливым. Выйдя замуж, самодостаточная и во всех смыслах успешная актриса, Неёлова вскоре ошеломила своего зрителя. Она, безумно дорожащая своим главным сокровищем - театром, пожертвовала им ради семьи. Пять лет она прожила с мужем и дочерью Никой в Париже, куда был направлен Кирилл Геворкян - советник Российского посольства. Ника в Париже пошла в первый класс.

Но вскоре стало понятно, что без сцены Марина жить не может. Несколько лет Марина ухитрялась жить "на две страны". В эти годы репертуар "Современника" подверстывался под актрису, проживающую за тысячи километров от Чистых прудов! Отыграв, Неёлова отправлялась в аэропорт…

Потом дипломатическая миссия Геворкяна во Франции закончилась, семья вернулась в Москву. Жизнь Неёловой вошла в "тихие берега": театр - дом, дом - театр. Материнство для нее оказалось таким же "делом жизни" как и искусство. Ее дочь Ника - прелестное длинноногое существо, чем-то напоминающее неёловских девочек и принцесс, сыгранных в театре и в кино. С годами дочь все больше становится похожа на свою знаменитую маму. А окружающие утверждают, что и характера в ней неёловского хоть отбавляй. По советским понятиям, Марина Неёлова родила дочь довольно поздно. Но, видимо, потому, что это было осознанное и страстное желание, рождение дочери дало актрисе такое ощущение счастья и полноты жизни.

Театр и кино в последние годы

В последние годы в кино Марина Неёлова снимается крайне редко. В детективном сериале "Азазель" по одноименному роману Бориса Акунина она сыграла леди Эстер, а в фильме "Леди на день" - Анни.

Пока актриса не снимается, ее держит на плаву, ей помогает жить ее театр. В сегодняшнем репертуаре актрисы - Раневская в "Вишневом саде" А.П.Чехова, Мария Антоновна в "Ревизоре" Н.В.Гоголя, Анфиса в одноименном спектакле по пьесе Леонида Андреева, Евгения Семеновна в "Крутом маршруте" Евгении Гинзбург, Елизавета в спектакле "Играем... Шиллера!" (сценический вариант трагедии Ф.Шиллера "Мария Стюарт" ), Принцесса Космонополис и Хэвенли в спектакле "Сладкоголосая птица юности".

Признание

Ее талант признали, и очень рано. Что особенно важно - признали "старики". Как будто знали и чувствовали, что традицию служения, а не службы в театре, миссии, а не игры эта актриса подхватит и не посрамит. Через газету ее благословила знаменитая актриса ЦАТСА Любовь Добржанская. После одного из первых ее фильмов ("Монолог" ) партнер Неёловой Михаил Глузский много лет называл ее внучкой и рассказывал о молодой актрисе чудеса. Ее обожала и сказала немало лестных слов в ее адрес отнюдь не льстивая Фаина Раневская. Драматург Михаил Рощин словно в некотором недоумении и даже с испугом воскликнул: "Когда я вижу Неёлову на сцене, мне кажется, что она играет всегда как будто в последний раз". Через четыре года после окончания института ее портрет поместили на обложке журнала "Советский экран". По тем временам - это и называлось всенародным признанием и выражением зрительской любви.

Лия Ахеджакова о Марине Неёловой: "Она вызывает восхищение и удивление. Причем всегда. Своим поведением в жизни, в театре, отношением к профессии. У Пастернака есть строчка "корень красоты - отвага". Это абсолютно применимо к Марине. Ей свойственна отвага в поступках - и в жизни, и на сцене.

Она удивительно относится к своей профессии. Актеры, как и остальные люди, ощущают свои биоритмы, плохое состояние и настроение, иногда бывает так трудно играть. Но я никогда не замечала этого у Марины. Не потому, что она этого не чувствует, а потому, что она это преодолевает.

У нее отношение к профессии как к миссии. Ее волнение перед премьерой даже описать нельзя. Это не боязнь неуспеха, как у большинства актеров, а волнение перед тем, как примут твое детище. Она абсолютно честна перед зрителем. Никогда не халтурит. Одна из немногих, кто подлинно служит Искусству. В ней никогда не было сытости, благополучия, "упакованности", как теперь говорят. Бог дал ей тонкую кожу и обнаженные нервы. Но я ни разу не видела в театре ее проявлений истерии, каких-нибудь срывов, "женских нервов". С ней нетрудно, Бог защитил ее смиренным и веселым характером, что просто чудо для такой крупной актрисы".