Морис Равель

Биография

Родился 7 марта 1875 в Сибурне близ Сен-Жан-де-Люз (департамент Атлантические Пиренеи). Очень рано обнаружил музыкальные способности, в 1882 начал заниматься фортепиано у А.Гиза и в 1887 гармонией у Ш.Рене. Два года Равель обучался в подготовительном классе Парижской консерватории, в 1891 поступил в фортепианный класс Ш.де Берио. Теоретические дисциплины проходил у Пессара и Дюбуа, композицией занимался в 1898 у Г.Форе.

В годы ученичества из-под пера Равеля вышло лишь несколько незначительных произведений, в их числе Старинный менуэт (Menuet antique, 1895), и только в 1899 он показал ныне широко известную фортепианную Павану усопшей инфанте (Pavane pour une infante dfunte). В консерватории Равель подружился с испанским пианистом Р. Виньесом, который стал первым исполнителем сочинений композитора.

В 1901, после неудавшейся попытки завоевать Римскую премию, Равель создал фортепианный цикл Игра воды (Jeux d'eau), который сыграл революционную роль в развитии французской фортепианной школы: лучшие черты листовского пианизма сочетаются здесь с оригинальным использованием колористических возможностей инструмента. Новые попытки победить в конкурсе на Римскую премию, предпринятые Равелем в 1902 и 1903, потерпели неудачу, что не помешало композитору сочинить в это время прекрасный Струнный квартет фа мажор. Неудача Равеля с Римской премией породила в Париже много толков: говорили, что причиной является размолвка между Равелем и Форе. С тех пор и до конца своих дней Равель вел лишенную примечательных событий жизнь «кабинетного» композитора. Исключением стали лишь годы Первой мировой войны, когда он служил шофером в медицинской бригаде; в 1927–1928 он выезжал на гастроли в США.

Список наиболее значительных сочинений Равеля выглядит следующим образом: Сонатина для фортепиано (1905); оперы Испанский час (L'heure espagnole, 1907) и Дитя и чудеса (L'enfant et les sortilges, 1917); балет Дафнис и Хлоя (Daphnis et Chlo, 1909) – великолепное сочинение, которое появилось вслед за другим шедевром – большим фортепианным циклом Ночной Гаспар (Gaspard de la nuit, 1908); Благородные и сентиментальные вальсы (Valses nobles et sentimentales, 1911), первоначально написанные для фортепиано, но вскоре переложенные для оркестра; камерный опус Три поэмы Стефана Малларме (Trois pomes de Stphane Mallarm, 1913); Фортепианное трио (1914); хореографическая поэма Вальс (La valse, 1917); сюита Гробница Куперена (Le tombeau de Couperin, 1917), тоже написанная сначала для фортепиано, а потом инструментованная автором; вокальный цикл Мадагаскарские песни (Chansons madcasses, 1926); оркестровое Болеро (Bolero, 1928); два фортепианных концерта (один из них – для левой руки, 1931).

В 1933 Равель попал в автомобильную катастрофу. В результате травмы стала развиваться опухоль мозга, и к 1936 композитор перестал узнавать собственную музыку. Умер Равель в Париже 27 декабря 1937.

Творчество Равеля.

Имя Равеля часто упоминается вместе с именем Клода Дебюсси (1862–1918), однако эстетические установки этих композиторов принципиально различны. Гармонии Равеля строятся по терцовому принципу, и в них нет ничего «туманного». Его больше интересовали тембровые возможности инструментов, нежели колорит, создаваемый средствами гармонии. Лишь в Испанской рапсодии (Rapsodie espagnole, 1907) ощущаются импрессионистические веяния.

Равель обладал ясным чувством формы, хотя, например, его Интродукция и аллегро (1905–1906; сочинение иногда называют септетом) состоит целиком из повторений не слишком ярких мелодических фраз. То же можно сказать о медленной части струнного квартета. В общем же это сочинение, противоречащее всем канонам квартетного письма, отличается красотой музыкального содержания.

Ряд не самых удачных сочинений композитора написан в абстрактном неоклассическом стиле: ни соната для скрипки и виолончели (1922), ни соната для скрипки и фортепиано (1923) не возбуждают особого интереса.

Равель виртуозно владел оркестром. Дафнис и Хлоя, Вальс, оркестровка Картинок с выставки Мусоргского (1922) – настоящие учебники инструментовки. Тембровая фантазия Берлиоза сочетается здесь с гармоничностью оркестрового колорита Римского-Корсакова. Парадоксально, но такой мастер, как Равель, написал всего одно концертное симфоническое произведение, а именно Испанскую рапсодию; все остальные партитуры, кроме двух фортепианных концертов, предназначались для театра. Знаменитое Болеро (которое превзошло септет по части повторений одной мелодической фразы) идеально соответствует задаче сценического воплощения танца. Сам Равель называл Болеро «оркестровым сочинением без музыки». Равель имел удовольствие присутствовать на обеих премьерах Болеро – театральной и на следующий день концертной. В зале аудитория реагировала враждебно, тогда как в театре музыка была принята как должное, без всяких протестов.

Равель великолепно использовал ресурсы фортепиано. Самое популярное среди его фортепианных сочинений – сонатина. Два его фортепианных концерта демонстрируют разные подходы к одному жанру. Концерт для левой руки – грандиозное, роскошное, великолепное произведение; концерт для двух рук – дерзкий вызов от начала до конца. Сам Равель называл его «дивертисментом в духе Моцарта» и брал за образец изящное фортепианное письмо Сен-Санса. Эти произведения сочинялись одновременно. Концерт для левой руки, заказанный и впервые исполненный в 1931 одноруким пианистом П. Витгенштейном, – одно из сочинений, опровергающих измышление, будто Равель был мастером только малых форм.

Равель всегда тщательно отделывал свои сочинения. Так, в опере Испанский час он скрупулезно выставил указания метронома даже на бой часов. Это замечательное сочинение, одно из самых обаятельных в мировом оперном репертуаре, является оригинальным решением проблемы «разговорной» оперы.

Наибольшей известностью пользуется фортепианное творчество Равеля. Он сам оркестровал Альбораду (Alborado del graсioso, 1905) и Гробницу Куперена, но фортепианные версии этих пьес не уступают оркестровым. Трудно поверить, что на премьере первоначального, фортепианного варианта Благородных и сентиментальных вальсов сочинение было встречено враждебно, тогда как всего через несколько лет его оркестровый вариант не встретил никаких возражений.

Равель был очень оригинальной личностью. В его сознании причудливо связывались музыка и механика. Он собрал коллекцию механических игрушек – точность их движений восхищала композитора. Неудачи, связанные с Римской премией, наложили отпечаток на всю его дальнейшую жизнь, и когда Равелю был предложен орден Почетного легиона, он отказался от награды, сочтя ее оскорблением. Однако степень почетного доктора музыки Оксфордского университета он принял как дань уважения.