Ханнелор Коль

Биография

"Покойся с миром" прозвучало неделю назад. Но последний акт драмы еще не закончен, еще обязательно всплывет масса подробностей. Все только сейчас поняли, как мало знали о Ханнелоре Коль.

"Я всегда тебя любила..."

Ханнелоре написала 8 прощальных писем - мужу, каждому из сыновей (с пометкой "Вскрыть немедленно") и близким друзьям. Еще одно письмо - без конверта - она предусмотрительно оставила на видном месте: для того, кто первым войдет в комнату, чтобы хоть как-то смягчить шок и сразу прояснить картину происшедшего. Потом смешала снотворное c морфием и выпила смертельный коктейль через соломинку.

"Вчера я поздно легла. Прошу не беспокоить, я хочу выспаться" - такая записка была прикреплена к двери спальни, чтобы никто не вошел раньше чем все окончится и не помешал ей уйти в вечную темноту. В 11.15 утра хозяйку обнаружила домработница.

Гельмут Коль находился в Берлине, на пленуме в Рейхстаге, когда ему сообщили о том, что жена найдена мертвой в их доме в Людвигсхафене. Резко побледнев, он пошатнулся, на несколько мгновений оперся рукой о стену... Через полтора часа Коль в сопровождении полицейского кортежа подъехал из аэропорта к своей вилле. "Я всегда тебя очень любила. И благодарю за все, что ты для меня сделал", - написала ему Ханнелоре. Они познакомились на танцах в 49-м, она была в платье, сшитом из двух флагов с аккуратно вырезанной из них свастикой. Ей было 15 лет...

До 13 часов следующего дня Гельмут Коль с сыновьями по очереди дежурили возле умершей, прощаясь с ней. Как заявила прокуратура, картина самоубийства однозначна, причины сомнения не вызывают, вскрытия производиться не будет. Дело закрыто. И тем не менее вопрос: "Почему она это сделала?" - все еще висит в воздухе.

"Ждать и терпеть"

Долгие 16 лет Ханнелоре Коль была первой леди Германии. Исключительная дисциплинированность, никаких жалоб, вечная улыбка по протоколу, безупречный внешний вид. Ее позицией было находиться в тени своего могущественного супруга, создавать ему надежный тыл и всячески ограждать частную жизнь семьи от вторжения прессы. Особенно она оберегала сыновей - Вальтера и Петера. Получив высшее образование в США, оба стали бизнесменами, ни разу не попав в газетную колонку скандалов и сплетен.

Гельмут Коль, когда-то написавший ей более 2 тысяч писем с признаниями в любви, дома в Людвигсхафене появлялся в лучшем случае в выходные, остальное время проводя в берлинской квартире. Из немногих интервью супруги канцлера можно сделать вывод, что главными в ее жизни были слова "ждать", "терпеть" и "приспосабливаться".

По количеству анекдотов о Гельмуте и его Ханнелоре с ними могут соперничать только Петька с Василием Иванычем. Потом в одном из ток-шоу она признается, что в курсе, как ее называют: "провинциальной коровой" и "глупой блондинкой", основное предназначение которой - готовить фаршированный свиной желудок, пресловутое любимое блюдо канцлера. Да, она, дипломированный переводчик, всю жизнь отдала семье. А мужа ей пришлось "делить" со всей страной. "Полное одиночество дома, когда ужин готов, а он никак не приходит и только снова и снова звонит, что задерживается... После 4-5 часов такого ожидания можно разве что от собаки требовать, чтобы она все равно радовалась приходу хозяина, - сказала однажды Ханнелоре. - Вот и я научилась этому у нашей собаки".

Раненая душа

В течение полутора лет плотные жалюзи в доме семьи Коль не поднимались, чтобы не просочился ни один лучик света. А в последнее время ухудшение наступало даже от того, что в помещении было тепло, поэтому на вилле поддерживали минимальную температуру. На улицу Ханнелоре могла выходить из своего "бункера" только ближе к ночи. Сведения о здоровье госпожи Коль германские СМИ собирали по крупицам: непереносимость дневного света, невыносимые боли, прием сильнодействующих лекарств (морфий), бессилие врачей в Германии и за рубежом, роковой прием трех таблеток пенициллина. Это достаточно противоречиво и не укладывается в клиническую картину одного лишь аллергического заболевания. Скорее здесь слышен и крик больной души: мне нужна помощь, поддержка, не оставляйте меня одну! Трагедия Ханнелоре Коль в том, что ей всю свою жизнь пришлось играть сильную женщину. "Я сгораю изнутри", - призналась она недавно своей подруге.

Характерно, что ухудшение болезни произошло в тот момент, когда после ухода канцлера с поста разразился скандал с "черной кассой" его партии. Тогда и детище Ханнелоре - Фонд помощи страдающим заболеваниями центральной нервной системы, для которого она собрала более 30 миллионов немецких марок пожертвований, - в прессе обвинили в "отмывании" денег. В своем недавно опубликованном "Дневнике" Гельмут Коль написал: "Я боялся, что моя жена этого не выдержит". Но она продолжала улыбаться в камеры. А внутри на всю жизнь так и осталась маленькой девочкой, испытавшей страх войны, голод, отсутствие крыши над головой и насилие, очень нуждавшейся в защите. "Я была так счастлива, что встретила мужчину сильного, как гора, к которому можно прислониться", - скажет она потом о молодом Гельмуте Коле. Мог ли он ее защитить, сам падая с пьедестала одного из самых могущественных людей в мире?

По большому счету, какая именно из составляющих - болезнь сама по себе, одиночество, специфика и превратности жизни в роли жены государственного деятеля - была более весомой в ее решении покончить со всем этим, никто никогда не узнает.

Когда Ханнелоре растворяла одну за одной таблетки снотворного, Гельмут Коль в одном из берлинских ресторанов праздновал с адвокатами свою победу: решение суда о необнародовании досье, собранного на канцлера спецслужбой ГДР "Штази". Ханнелоре дождалась вердикта судей. Теперь она могла спокойно уйти...

На похоронах звучал "Реквием" Верди. По лицу Гельмута Коля текли слезы. Судьба ударила его еще раз. Наотмашь...