Ноам Хомский

Биография

ХОМСКИЙ, НОАМ (Chomsky, Noam Avram), или Ноэм Чомски, американский лингвист и общественный деятель. Родился в Филадельфии 7 декабря 1928. Его отец, Уильям Хомский, эмигрировал из России в 1913 и к моменту рождения сына был уже авторитетным ученым-гебраистом; впоследствии автор ряда известных моногра фий по изучению, преподаванию и истории иврита. С 1945 Хомский изучал в Пенсильванском университете лингвистику, математику и философию, находясь при этом под сильным влиянием (не только научным, но и политическим) своего учителя Зелига Хэрриса; как и Хэррис, Хомский считал и считает свои политическ ие взгляды близкими к анархизму.

Первая крупная научная работа Хомского, магистерская диссертация Морфонология современного иврита (1951), осталась неопубликованной. Докторскую степень Хомский получил в Пенсильванском университете в 1955, однако большая часть исследований, положенных в основу дисс ертации (полностью опубликованной только в 1975 под названием Логическая структура лингвистической теории) и его первой монографии Синтаксические структуры (Syntactic Structures, 1957, рус. пер. 1962), была выполнена в Гарвардском университете в 1951–1955. В том же 1955 ученый перешел в Массачусетск ий технологический институт, профессором которого он стал в 1962. Неоднократно читал лекции в крупнейших университетах США и других стран. Член Национальной академии наук США, Академии гуманитарных и точных наук, других научных ассоциаций, почетный доктор Чикагского, Пенсильванского и ряда других ун иверситетов, лауреат многих престижных научных премий.

Хомский – создатель системы грамматического описания, известной как генеративная (порождающая) грамматика; соответствующее течение лингвистической мысли часто называется генеративизмом. Основы его были сформулированы Хомским в середине 1950- х годов; в настоящее время генеративизм прошел уже более чем сорокалетний путь развития, успев приобрести всемирную популярность, в значительной мере утратить эту популярность на рубеже 1960-х и 1970-х годов под влиянием критики со стороны представителей «порождающей семантики» и восстановить свои п озиции в 1980-х и 1990-х годах.

За время своего существования генеративизм прошел несколько этапов. Наиболее крупные из них следующие.

1. Стандартная теория, подэтапами развития которой являются:

Модель «Синтактических структур», называемая так по имени первой монографии Хомского, в кото рой было реализовано представление о языке как механизме порождения бесконечного множества предложений с помощью конечного набора грамматических средств, для чего он предложил понятия глубинной (скрытой от непосредственного восприятия и порождаемой системой рекурсивных, т.е. могущих применяться мног ократно, правил) и поверхностной (непосредственно воспринимаемой) грамматических структур, а также трансформаций, описывающих переход от глубинных структур к поверхностным. Считается, что одной глубинной структуре могут соответствовать более одной поверхностных структур (например, пассивная конструк ция Указ подписывается президентом выводится с помощью трансформации пассивизации из той же глубинной структуры, что и активная конструкция Президент подписывает указ) и наоборот (так, неоднозначность Посещение родственников может быть утомительным описывается как результат совпадения поверхностных структур, восходящих к двум различным глубинным, в одной из которых родственники являются тем, кто посещает кого-то, а в другой – теми, кого кто-то посещает).

Модель «Аспектов», или стандартная теория, изложенная в книге Хомского Аспекты теории синтаксиса (Aspects of the Theory of Syntax, 1965, рус. пер. 1972) и представляющая собой прежде всего попытку введения в формальную модель семантического компонента – так называемых правил семантической интерпретации, приписывающих значение глубинным структурам. В «Аспектах» было введено противопоставление языковой компетенции (системы процессов по рождения языковых высказываний) и употребления языка (performance), принята так называемая гипотеза Катца – Постала о сохранении смысла при трансформации, в связи с чем исключено понятие факультативной трансформации, а также введен аппарат синтаксических признаков, описывающих лексическую сочетаемос ть.

Расширенная стандартная теория, или «лексикализм», в которую был введен лексический компонент и многочисленные правила семантической интерпретации. Основные положения теории были изложены Хомским в статье Заметки о номинализации (Remarks on Nominalization, 1970).

2. Теория управления и с вязывания, формировавшаяся в течение 1970-х годов и в суммарном виде представленная в книге Хомского Лекции об управлении и связывании (Lectures on Government and Binding, 1981); по первым буквам английских слов она часто называется GB-теорией. Основным изменением при переходе к этой теории стал отк аз от специфических правил, описывающих синтаксические структуры конкретных языков, и замена их некоторыми универсальными ограничениями. Все трансформации были заменены одной универсальной трансформацией перемещения. В рамках GB-теории были выделены частные модули (Х-штрих-теория, теория ограничиван ия, теория связывания, теория управления, теория падежа, Тета-теория), каждый из которых отвечает за свою часть грамматики, действует в соответствии со своими принципами и имеет ряд настраиваемых параметров, определяющих конкретно-языковую специфику. Поскольку понятия принципов и параметров сохранил ись и на следующем этапе развития генеративизма, иногда говорят о теории принципов и параметров как особой стадии, охватывающей второй и третий этапы генеративизма.

3. Минималистская программа, основные положения которой были изложены Хомским в нескольких статьях, собранных впоследствии в одноим енной книге (The Minimalist Program, 1995). Эта программа (не модель и не теория) предполагает минимизацию языковых представлений и описание их взаимодействия с другими когнитивными системами, постулируя в языковом аппарате человека две главных подсистемы: лексикон и вычислительную систему, а также два интерфейса – фонетический и логический.

Аппарат и многие теоретические постулаты генеративизма за четыре десятилетия изменились почти до неузнаваемости; достаточно указать на то, что теория, в 1960-е годы называвшаяся чаще всего трансформационной и формулировавшаяся как система правил, в нас тоящее время ни понятия трансформации, ни даже понятия правила не использует. Из новейшей версии генеративизма были исключены и понятия глубинной и поверхностной структур, когда-то занимавшие центральное место в порождающей теории. Принято считать, что неизменными в генеративизме остались лишь посту латы о врожденности языковой способности человека, о единстве базовых принципов устройства различных языков, различающихся лишь установкой некоторых частных параметров, и об автономности грамматики. Это верно, но, во-первых, эти постулаты, в особенности первые два, отнюдь не являются отличительными чертами генеративизма; они, порой неявно, принимались во многих лингвистических теориях и раньше, а главное – есть основания полагать, что эти постулаты могут быть выведены из некоторых более общих соображений.

Реальным инвариантным ядром генеративизма Хомского является прежде всего так называем ый методологический монизм, т.е. требование, в соответствии с которым объяснение во всех науках должно быть построено одинаково – по образцу естественных наук и прежде всего физики как их эталона. В качестве же законов природы выступают грамматические правила и принципы – автономный и невыводимый си нтаксис (в широком понимании), задающий формальные структуры, которые, также по некоторым правилам, переводятся в звуковую форму и которым по определенным правилам приписывается значение.

Из методологического монизма вытекают и автономность синтаксиса (его ничем не надо объяснять), и постулат о врожденной языковой способности (она дана человеку в готовом виде так же, как ему даны законы природы), а из тезиса о врожденности естественным образом выводится тезис о глубинном единстве всех языков.

Генеративная теория Хомского, несомненно, представляет собой выдающееся интеллектуальное дости жение. На первом (до своего кризиса рубежа 1960–1970-х годов) этапе она оказала огромное влияние на развитие формальных грамматик и вычислительной лингвистики, предоставив исследователям экономный и более мощный по сравнению с грамматиками непосредственных составляющих аппарат описания формальных яз ыковых структур. Синтаксические структуры Хомского считается одним из трудов, заложивших основы современной когнитивной науки. В теоретическом плане генеративная теория ознаменовала собой радикальный разрыв с бихевиоризмом (Хомского, после его знаменитой полемики начала 1960-х годов с психологом-бих евиористом Б.Скиннером, признали «могильщиком бихевиоризма»). Хомский, говоря в эти годы об интеллектуальных корнях своих идей, всячески дистанцировался от дескриптивистского этапа в развитии лингвистики и апеллировал к далеким предшественникам – В. фон Гумбольдту, французским грамматистам Пор-Рояля и особенно Р.Декарту.

Хомский уже около двух десятилетий является самым знаменитым лингвистом мира; ему и его теории посвящено множество статей, ряд монографий и даже полнометражный документальный фильм, а развитие науки о языке в последней трети 20 в. многими авторами описывается как «хомскиан ская революция».

Следует заметить, что Хомский одним из первых объявил лингвистику частью когнитивной психологии – однако на практике как раз максимально автономизировал изучение языка, введя для этого представление о модульности человеческих когнитивных способностей и относительной независимост и «модулей». Попытка соотнести языковую способность с другими когнитивными способностями человека появилась лишь в минималистской программе, а также в работах Р.Джэкендоффа (р. 1945), небезуспешно пытающегося на практике выстроить «мост» между генеративизмом и когнитивной лингвистикой.

Хомский п ользуется в США широчайшей известностью как общественный деятель – критик внешней и внутренней политики США и мировой политики в целом, а также манипулятивной практики средств массовой информации. В годы Вьетнамской войны за участие в массовой манифестации Хомский был арестован (сидел в одной камере с Н.Мейлером). Социально-критические публикации Хомского столь же многочисленны, как и его лингвистические работы; среди них – Американская мощь и новые мандарины (American Power and the New Mandarins, 1969), Права человека и американская внешняя политика (Human Rights and American Foreign Policy, 1978), Политэкономия прав человека, в 2-х томах (с Э.Херманом, The Political Economy of Human Rights, 1979), Пираты и императоры: международный терроризм в реальном мире (Pirates and Emperors: International Terrorism in the Real World, 1986), Язык и политика (Language and Politics, 1989), Необходимы е иллюзии: контроль над мыслью в демократических обществах (Necessary Illusions: Thought Control in a Democratic Society, 1989), Сдерживающая демократия (Deterring Democracy, 1992), Год 501: Конкиста продолжается (Year 501 : The Conquest Continues, 1993), Новый военный гуманизм: уроки Косово (The Ne