Борис Сичкин

Биография

В 1937—1941 учился в Киевском хореографическом училище, одновременно танцевал в Ансамбле народного танца УССР. Участник Великой Отечественной войны. В 1941—1946 — во фронтовом ансамбле, в 1947—1948 солист Ансамбля песни и пляски Советской Армии им. А. В. Александрова, в 1948—1966 артист Москонцерта. С 1955 работал в ансамбле литературной и театральной пародии «Синяя птичка» под рук. В. Ю. Драгунского, исполнял интермедии, был автором текстов, балетмейстером. Участвовал в работе «закулисного» театра «Крошка» (ЦДРИ). Балетмейстер многих эстрадных номеров и программ. Автор книги «Я из Одессы, здрасьте!». Славу ему принесла роль куплетиста Бубы Касторского в фильмах про неуловимых мстителей.

В 1973 в Тамбове был посажен в тюрьму по обвинению в хищении государственного имущества в крупных размерах. Через год был освобождён. Следствие продолжалось ещё несколько лет. В конце-концов Борис Сичкин был окончательно оправдан.

В 1979 уехал в США. Последние годы он провел в доме для семей с невысокими доходами в нью-йоркском районе Квинс. Член редколлегии нью-йоркской газеты на русском языке «Русский Базар». В 1994 впервые после эмиграции приехал в Россию. Снимался в нескольких фильмах. Умер 21 марта 2002 года в Нью-Йорке. Вскоре по желанию его жены прах Бориса Сичкина был извлечён из могилы и кремирован, а урна перевезена в Москву и 6 лет хранилась у друзей семьи Сичкиных. Лишь 18 апреля 2008 года прах был захоронен. Прощание прошло в Доме кино, а затем урна с прахом была помещена в колумбарий Ваганьковского кладбища.

Статья: Здесь находится прах Сичкина - просим не беспокоить

Артист Борис Сичкин вошел в нашу историю как исполнитель роли блистательного Бубы Касторского из советской кинотрилогии про неуловимых мстителей. Он уехал из России в 1979 году. Впрочем, сам он это называл бегством. Сичкина в 1973 году посадили за то, что он якобы получал за концерты больше денег, чем ему полагалось. Следствие длилось семь лет, но на суде выяснилось, что он не просто не забирал лишнего - ему еще и недоплачивали. Сичкин был освобожден за отсутствием состава преступления. Однако опального артиста больше не спешили приглашать на работу, кроме того, начались провокации против его сына Емельяна.

Тогда Борис Сичкин с женой Галиной и сыном, по его собственному признанию, бросили все: "трехкомнатную квартиру в Каретном Ряду, дачу, машину, рояль "Беккер"" - и налегке, с сорока долларами наличного капитала, уехали в США. Причем выпустили их только потому, что Сичкина как Сичкина никто не знал - все были уверены, что Буба Касторский - настоящее имя и этот человек по-прежнему находится в СССР.

Сичкины поселились в Нью-Йорке и поначалу жили все вместе. Но в последние годы артист переехал к сыну, а Галина жила отдельно. Поведение жены часто становилось темой для шуток в семье. Например, более 20 лет прожив в Америке и преподавая в балетной школе, она так и не научилась говорить по-английски и не получила американского паспорта.

Сичкин рассказывал, как на Галину как-то напали в лифте грабители, а она, ни слова не зная по-английски, отобрала у них пистолет и отругала за то, что "у них балетные фигуры, а они черт-те чем занимаются". Или как она так и не смогла сдать экзамен на получение американского гражданства, потому что упорно отказывалась запоминать цвета национального флага и имя первого американского президента, посылая его туда, куда Макар телят не гонял.

Галина постоянно переживала по поводу того, где будет похоронен супруг. Она говорила: "Боря, тебя нужно похоронить в Москве". На что муж ей отвечал: "Прости, Галечка, но я уже обещал Рахманинову".

Сичкина, который умер в 2002 году, похоронили в Нью-Йорке. Однако спустя некоторое время могила была раскопана, тело кремировано, и прах артиста в силу невероятных событий оказался в Москве. С этим связана целая детективная история. Картонная коробка с прахом, на которой было написано специально для воров: "Здесь находится прах Сичкина - просим не беспокоить", пять лет простояла в квартире, а затем в гараже у друзей артиста.

В ближайшие дни благодаря участию и помощи НТВ прах Бориса Сичкина будет захоронен на одном из старых московских кладбищ. На каком именно и прочие детали этого сюжета будут подробно изложены в программе Антона Хрекова "Главный герой" в это воскресенье.

Дата публикации на сайте: 18.04.2008

Статья: Я из Одессы. Здрасьте!

Автор: Максим Фалилеев Сайт: Собеседник

Танцевал перед блатными на базаре

Последние двадцать два года жизни Борис Сичкин провел в эмиграции, оставаясь тем не менее одним из самых любимых артистов страны, из которой уехал в 1979-м.

Он жил в Нью-Йорке, в районе Куинс, в доме для семей с невысокими доходами. Но о житейских невзгодах распространяться не любил. «Я никогда не плачу – есть у меня другие интересы» – этому кредо своего героя Бубы актер был верен всегда.

Сичкин родился через пять лет после революции в Киеве, в семье сапожника, был седьмым ребенком. Его отец умер, когда Боре исполнилось четыре года. Старшему брату, танцору-самородку, стукнуло в ту пору четырнадцать, он обучил Бориса некоторым па, не представляя даже, что тем самым предопределил младшему брату его будущую профессию. Свои первые концерты Боря устраивал на базаре: вечерами там собирались карманники, домушники с подружками – их он и развлекал. Кстати, первыми зрителями Сичкина в эмиграции стали тоже воры и бандиты, которые называли себя русской мафией...

Слишком много зарабатывал

Почему он эмигрировал? Чего не хватало великому, знаменитому, несравненному Бубе в СССР? Справедливости. Обида гнала. В 1972-м, уже после громкой славы «Неуловимых» и многих других ролей, артиста Сичкина обвинили в получении непомерно больших гонораров за концерты, даже посадили в тюрьму. Правда, вскоре выпустили – по причине отсутствия состава преступления. Следствие длилось около семи лет. Но клеймо уже было поставлено. Возникли проблемы с работой.

– Испытаний на его долю хватило, – делится сын актера Емельян Сичкин. – Не знаю, как он выдержал бы, если бы не его безграничный природный оптимизм. До самой старости отец оставался очень активным человеком, сохранившим в себе ребенка, он постоянно придумывал для себя какие-то новые «игры». Например, когда в кино стали снимать все реже, когда эстрада уже не приносила былого вдохновения, он стал писать книги.

Голливуд признал его талант

Эти книги («Я из Одессы. Здрасьте!» и «Смейтесь, чтобы не сойти с ума») Борис Сичкин готовил, работая в редакции русскоязычной нью-йоркской газеты «Русский базар». Редактор газеты Наталья Шапиро до сих пор с теплотой вспоминает о своем знакомстве с артистом:

– Он был очень легким в общении человеком, и от него постоянно ждали какого-то веселья, которое он в общем-то выдавал без особого труда. Но те, кто знал его достаточно близко, замечали, какую боль испытывал Борис Михайлович от неумеренного панибратства. Он любил повторять, что из того, что человек стоит с тобой в одной очереди в магазине, не следует, что вы можете общаться с ним наравне. На похоронах я называла его по имени-отчеству, и многим, увы, было непонятно, о каком таком Борисе Михайловиче идет речь, ведь все привыкли называть его просто Бубой или Борей...

Сичкин скончался в Нью-Йорке на 80-м году жизни. Почему-то прошел слух, что артист умер за своим столом, разбирая почту из России, в этом даже находили некоторую символичность – мол, ностальгия заела, страдал без отечества и работы. На самом деле, по словам родных, все обстояло иначе. Во-первых, с работой в Америке особых проблем не было.

– В США отца как Бубу Касторского конечно же не знали. Как Бубу его приглашали на эмигрантские концерты, на съемки в российских фильмах, время от времени случавшиеся, но не в Голливуд, – рассказывает сын актера. – Однако и здесь, в Америке, отец сумел доказать свой профессионализм – только благодаря ему он сыграл у Оливера Стоуна, поработал вместе с Энтони Хопкинсом, Джо Пеши...

...И в тот роковой день, 22 марта 2002-го, он как раз получил очередное приглашение сниматься в голливудском фильме, в котором должен был играть крестного отца русской мафии. Пошел делиться приятными новостями с соседями, немного выпил. А когда возвращался домой, выяснилось, что лифт не работает, поэтому пришлось подниматься на 6-й этаж пешком. Всё вместе – сырая мартовская погода, алкоголь и физическая нагрузка сломили папу, – вспоминает сын Емельян и добавляет, что отец умер у него на руках. – Я мог его спасти, если бы вышел к нему хотя бы на пять минут раньше. Я ведь врач. Я слышал, как папа вернулся, как подвинул стул в своей комнате... Через 5 минут я пошел туда, и мне показалось, что он просто перебрал спиртного. Потом увидел, что у него открыты глаза. Я пытался делать искусственное дыхание, хотя и понимал, что его уже не вернуть. Скорая приехала через 10 минут, врачи тоже пытались что-то сделать, но тщетно. Отказало сердце.

Могилы нет до сих пор

Американские друзья артиста и его сын после смерти собрали деньги, чтобы установить на могиле Бориса Сичкина памятник.

– Это очень сложный вопрос, – говорит Наталья Шапиро. – Мы собрали деньги, изготовили барельеф, а потом оказалось, что ставить его негде – могилы-то у Бориса Михайловича нет.

– В последние годы родители жили отдельно: моя мама преподает гимнастику и балет в Бруклине, она снимает там квартиру, чтобы не ездить каждый день из Куинса, – рассказывает Емельян Борисович. – У родителей были абсолютно нормальные отношения, но после смерти отца мама, откровенно говоря, учудила. Ее идея-фикс: папа должен покоиться на родине. Именно она, получив разрешение на эксгумацию, вскрыла могилу отца, который был похоронен на обычном нью-йоркском кладбище, и провела кремацию. Теперь урна с прахом хранится у нее, но средств для транспортировки этой урны в Россию как не было, так и нет. И барельеф поставить негде! Ситуация патовая. Но я верю, что отец все-таки будет похоронен и над его могилой мы поставим наш памятник, и очень надеюсь, что произойдет это в Москве!

...Когда я позвонил Емельяну Борисовичу в первый раз, он попросил отложить наш разговор – извинился, сказал, что ждет скорую, чтобы отвезти жену в роддом. На следующий день перезвонил сам и сообщил, что 14 марта в Нью-Йорке у его жены Марии родился сын, первенец, Борис Емельянович Сичкин.

Назвали в честь деда.