Нина Гребешкова

Биография

В 1954 году окончила Всесоюзный государственный институт кинематографии (ВГИК, мастерская В. Белокурова и В. Ванина).

В 1954—1990 — актриса Театра-студии киноактера.

В кино — с 1949 года, исполнила около 80 киноролей.

Вдова знаменитого режиссёра Леонида Гайдая. Дочь – Оксана.

Пестрый курс

Нина Павловна Гребешкова родилась 29 ноября 1930 года, в Москве. С детских лет она мечтала быть учительницей именно первых классов. Она очень любила детей, и ей казалось, что общаться с ними очень интересно. Но все сложилось иначе.

Будучи десятиклассницей, в гостях на дне рождении подруги, она узнала, что кроме учителя есть еще профессия, которая тоже сеет разумное, доброе, вечное – актриса!

Вообще-то такого вопроса в доме Гребешковых не стояло. Однако, получив аттестат, подруга отвела ее во ВГИК. Что такое ВГИК, Гребешкова даже представления не имела. Но, тем не менее, девушка сразу поступила на курс Сергея Герасимова. Гребешковой было 17 лет, ей все нравилось, все казалось прекрасным, возвышенным. Вокруг были люди, которые прошли войну: Лев Кулиджанов, Яков Сегель, Глеб Комаровский, Василий Ордынский. Это был пестрый курс – и люди зрелые, уже знающие, что такое жизнь и чего она стоит, и такие легкомысленные, как Нина Гребешкова, как Алла Ларионова, которые больше смеялись, их все развлекало.

Эпизоды, эпизоды…

Нина Гребешкова начала сниматься уже с 1-го курса. В фильме «Смелые люди» студентка играла небольшую роль девочки с куклой. И достаточно было появиться в эпизоде, чтобы весь Гагаринский переулок, в котором жила в то время будущая актриса, начал считать ее кинозвездой. Фильмов-то было тогда мало, и каждую картину смотрели все и по несколько раз. Потом были еще эпизоды, а на третьем курсе уехала в Ленинград сниматься в картине по «Алым погонам» Бирюкова «Честь товарища», в роли Гали Богачевой. Ну и пошло-поехало.

Актриса появилась на экранах страны в начале пятидесятых и сразу же стала любимой и популярной актрисой. Она много и увлеченно работала. Дорогу в большое кино юной очаровательной блондинке открыли фильмы «Честь товарища» и «Беспокойная весна». Начинала Гребешкова с ролей девочек, школьниц, пионерок. Затем играла молодых мам и учительниц. Актрисе посчастливилось сняться у классика советского кинематографа Ивана Пырьева в картине «Испытание верности». Однако следующие фильмы славы актрисе не принесли.

Гайдай и Данелия

Волею судьбы Нине Гребешковой суждено было стать женой гениального человека – Леонида Гайдая, тем самым, увы, отодвинув себя на второй план. Несмотря на то, что Леонид Иович Гайдай снимал веселые, такие добрые комедии, сам был серьезным, требовательным человеком, не выносил, когда кто–то изображал телячий восторг, радовался без причины.

Гайдай пару раз говорил жене: «Все, не буду больше снимать комедии. Это так тяжко. Возьму мелодраму». И, тут же: «Господи, люди так тяжело живут. Пусть посмеются». У Гайдая любой эпизод становился хитом. Фразы из его фильмов стали крылатыми, и порой даже не помнишь, откуда они.

Однажды Гайдай предложил супруге сняться в эпизоде в его комедии «Кавказская пленница». И актриса, отказавшись от заманчивого предложения другого режиссера, не задумываясь, поехала с мужем на Кавказ. С тех пор Нина Павловна снималась практически во всех фильмах Гайдая и другого, не менее знаменитого режиссера, Георгия Данелия.

С Гией Данелия у Леонида Гайдая были замечательные отношения. Они уважали и очень высоко ценили друг друга. Данелия сыграл в жизни Гайдая немалую роль. Взять хотя бы тот факт, что Данелия добился разрешения снимать «12 стульев» и отдал эту возможность Гайдаю, зная, что тот мечтал об этом.

Данелия часто снимал Нину Гребешкову в своих картинах. А после чудной роли в фильме «Слезы капали», Данелия стал звать Гребешкову во все фильмы. Давал ей сценарий и говорил: «Выбирай что хочешь».

Актриса могла сыграть женщину любой профессии, маму, тетю, деревенскую старушку – самые разные роли. Но комедию для себя считала делом трудным, хотя с определенного времени посвятила себя исключительно комедийному жанру мужа. Именно Нина Гребешкова была первой, кому Гайдай читал сценарии. И, как он сам признавался, шутки для картин он тоже вначале испытывал на супруге: если смеется – значит можно ставить в фильм.

Правда, Гайдай снял 15-16 фильмов, а у Нины Гребешковой на счету более 60! Другое дело, что те картины, в которых снималась актриса, практически умерли, не выдержали испытания временем. А гайдаевские выдержали. «И я счастлива, - говорит Нина Гребешкова, - что где-то, пусть сбоку, принимала в них участие. По существу ведь у меня только «Не может быть!» и «Бриллиантовая рука» – более-менее центральные роли, а в остальных – эпизоды».

Быть востребованной

В последний год своей жизни Леонид Гайдай как-то сказал своей супруге: «Я виноват перед тобой, я не сделал ни одной картины, где только ты была бы главной!» Нина Павловна засмеялась: «Сколько у тебя картин?» - «18» - «А у меня…, так-то! И слава Богу, ни одной картины я не испортила». (А теперь уже 82!)

После смерти мужа актриса снялась в 12 картинах. Гребешкова ни от чего не отказывается - ни от «Фитиля», ни от «Ералаша», ни от сериала. Роли, правда, маленькие - теща, соседка..., например соседка Веры в сериале «Странствия и невероятные приключения одной любви». Но, что поделаешь? Зато это и в материальном плане выгодно, и чувствуешь себя востребованной.

Профессия – хороший человек

Говорят, что хороший человек - это не профессия. А Нина Гребешкова сумела доказать обратное. Доказать, что профессия актрисы - не главный ее титул. Главное - она была женой, музой и ангелом-хранителем комедиографа Леонида Гайдая. И поэтому можно смело утверждать, что в его комедиях есть немалая доля трудов его жены. Да и в бытовом плане Гайдай был человеком совершенно беспомощным. Не то что лампочку вкрутить не мог, но и выключатель-то не всегда находил. Зато цветы жене дарил каждое воскресенье.

Нина Павловна вспоминала в одном из интервью:

«Был один момент, когда я сказала: «Лёнь, все. Устала. Больше не могу. Все на мне. Ты занимаешься творчеством, тем, что тебе интересно. А я, как вол, везу весь дом. Я уезжаю к маме». Он молчал, молчал... А потом тихо так говорит: «Ну как же ты не понимаешь: если ты уйдешь, я погибну...» Свою дочку Оксану, Леонид Гайдай безумно любил и очень ею гордился, но больше детей не хотел. Считал, что главное - это работа. Все остальное - приложение.

И вообще человеческий фактор играл в жизни Гайдая и Гребешковой большую роль – в работе, в семье, в быту. Наш человек или не наш человек, порядочный или непорядочный. Вот это как-то определяло круг людей. Они не дружили с кем-то очень близко, не ходили в гости, не собирали застолья. Но многое выяснилось после того, как Гайдай ушел. …Леонид Гайдай умер на глазах жены от воспаления легких. Это оказалась тромбоэмболия легочной артерии - тромб заклинил артерию.

«Я была рада, что Леня не мучился, что все произошло на моих глазах. Иначе бы я думала: «Он звал на помощь, а ему не помогли». А еще, как хорошо, что я смогла его похоронить. Если бы я была первая, то что бы он делал?» Оказалось, что есть много людей – истинных друзей, которые не причисляли себя к друзьям дома, ни на что не претендовали, а просто поддержали Нину Гребешкову в трудную минуту.

Рядом с ней оказались и Леонид Куравлев, и Юрий Волович, и Наталья Варлей, и Дмитрий Харатьян – они ее просто спасли. Без них она бы пропала. Тогда все навалилось сразу – беда же не приходит одна – ушел муж, квартиру затопило, потом сгорела дача... «У меня все есть - я счастливый человек. Это мне Лёня помогает оттуда... Наверное, считает, что недодал мне чего-то... И думает, пусть Нинке будет хорошо».

Из воспоминаний Нины Гребешковой:

Пат и Паташон

ЛЕНЯ в ухаживаниях напоминал мне чем-то своего Шурика из «Кавказской пленницы»… Каждый вечер провожал меня домой после занятий и репетиций, мы шли через всю Москву. Я совершенно случайно узнала, что после этого он уже не успевал на последнюю электричку. Приходилось ночевать на вокзале, а утром он как ни в чем не бывало приходил на занятия. И вот однажды он сказал: «Слушай, ну что мы все ходим, ходим? Давай поженимся». Гайдай все время тонко шутил, поэтому я и эти слова тоже восприняла как шутку. Говорю: «Да ты что? Ты — длинный, я — маленькая. Будем как Пат и Паташон? (Мой рост — 1 м 50 см, а Гайдая — 1 м 84 см)». Лёня отвечает: «У меня отец высокий, мама маленькая, и он ее на руках носил. Большую женщину я не подниму». — «Ну, если ты меня будешь на руках носить, давай».

Когда я вышла за Лёню замуж, мы стали жить у моих родителей в 23-метровой комнате. Посередине стоял огромный шифоньер, по одну его сторону — мы с Лёней, по другую — мама с отцом, а за шторкой братья спят — подставляют к маленькому дивану скамейку, и получается диван большой. Как только я вышла замуж, родители стали ходить в гости. Мама говорила: «Ниночка, я там картошку приготовила. А мы пошли, в картишки перекинемся». Они возвращались домой в 11–12 ночи — давали нам с Леней пообщаться.

Я была на съемках в Алма-Ате, когда узнала, что беременна. Вернулась в Москву, говорю Лене: «Я тебе привезла подарок. У нас будет ребенок». Нашу дочку Оксанку Леня безумно любил и очень ею гордился, но больше детей не хотел. Считал, что главное — это работа. Все остальное — приложение.

Цветы Гайдай мне дарил каждое воскресенье. Охапок не было, но три цветочка, один — обязательно.

«Гайдай — один такой»

Гайдай терпеть не мог праздновать юбилеи. Шутил: «Все так меня хвалят, будто я умер». Это была не то чтобы скромность… Я думаю, он понимал свою исключительность. Когда Леню спрашивали, как его объявить: лауреат, народный артист, он отвечал: «Ничего не надо. Скажите: «Режиссер-постановщик Гайдай». Я возмутилась: «Ты что, эти звания по блату получил? Почему не сказать, что ты народный артист СССР?» — «Нинок, ты знаешь, сколько «народных СССР»? Как собак нерезаных. А Гайдай — один».