Николай Мартон

Биография

Мартон Николай Сергеевич родился 10 сентября 1934 года в селе Мотыжине (Украинская ССР).

В 1958 году окончил Киевский театральный институт имени Карпенко-Карого.

С 1958 по 1962 год играл в Крымском Государственном Театре имени М. Горького в Симферополе.

В 1962 г. приглашен Л. С. Вивьеном в Ленинградский Академический театр драмы им. А. С. Пушкина (Александринский Театр).

Между тем, как это часто бывает, прошли годы, прежде чем актер, блестяще начавший свой путь в провинции, стал незаменимым на столичной сцене. Правда, уже в совершенно ином амплуа. Красавец, романтик, герой – в Симферополе Мартон запомнился великолепным исполнением ролей Дон Жуана, Уриэля Акосты, наконец, Ромео. В Ленинграде таких ролей ему уже больше не давали. Зато на Александринской сцене психологическими открытиями явились старики Шабельский и Фирс в пьесах Чехова «Иванов» и «Вишневый сад», император Наполеон в стихотворной драме «Фельдмаршал Кутузов», наконец, страдающий многочисленными комплексами Чампа в пьесе Пиранделло «Колпак с бубенчиками». Эти работы навсегда вошли в историю отечественного театра.

Детство

Детство у Николая Мартона было очень трудное, тяжёлое, военное, без матери — мама умерла, когда ему было 6 лет… Он родился и вырос в деревне Мотыжино — это была большая-большая деревня в 45 километрах от Киева. Отец был беженец, пришёл откуда-то из Венгрии, проехал через Белоруссию и остановился в этой деревне. Занимался садоводчеством. Крестьянин, но особый такой крестьянин: читал, интересовался театром, ездил из Мотыжина в Киев спектакли смотреть… потом колхозы пошли… Он был женат, у них была дочь. А рядом, через дом, жила молодая красивая девушка. Ему было 40, а этой девушке — 18. И они влюбились друг в друга. От этой любви родился Николай. Отец оставил ту семью, взял сына и свою новую молодую жену и уехал в другую деревню. Мама там прожила несколько лет, заболела сильным воспалением лёгких, — спасения тогда не было, — и умерла. В 24 года. Отец забрал сына и вернулся обратно в свою старую семью.

Впервые Николай Мартон вышел на сцену, когда учился в 5-ом классе. Перед этим были какие-то выборы, и к ним в деревню, по разнарядке, приехали с концертом артисты Киевского театра имени Франко. Крушельницкий, Юра, Амвросий Бучма, Наталья Ужвий — великие артисты. А потом — в школе был кружочек, где ставили пьесу Корнейчука. Мартону дали удочку, и он сидел и ловил рыбу. И его так это потрясло! Вот там люди сидят, а ты удишь рыбу, и такая тишина в зале… А после этого ему дали прочитать стихотворение Маяковского. «В сто сорок солнц закат пылал…» — начало «поэтической» его жизни. И… уже всё.

Первые книги прочёл в Мотыжине — после войны на чердаке у них оказалась большая плетёная корзина. В которой оказались Шекспир, Толстой, Пушкин, «Кобзарь» Тараса Шевченко… Потом, окончив семилетку, он приехал в Киев и поступил в ремесленное училище на специальность «токарь по металлу». Библиотекарша училища стала снабжать его книгами и пристроила в местный драмкружок. Потом стала говорить, что ему нужно обязательно заниматься театром. Он закончил училище, потом за один год в вечерней школе закончил десятилетку — и поступил в институт. С первого тура.

Учёба

Учился в Киевском театральном институте имени Карпенко-Карого, где его учителем был Михаил Полиевктович Верхадский, работавший ещё с Курбасом. Лекции шли по системе Станиславского. Но вне лекций он рассказывал о Курбасе (с которым успел поработать), о Мейерхольде, о Брехте, об английском театре, французском… Тогда уже и Курбас погиб, и Мейерхольд, и сам Верхадский успел отсидеть десять лет за то, что не так преподавал студентам… Поэтому на лекциях был только Станиславский.

На курсе было 12 человек. Шестеро не стали работать в театре — кто-то начал торговать, кто-то играет на баяне… А другие шестеро стали народными артистами.

Театр

Свою актерскую деятельность Николай Мартон начал в Крымском русском театре, куда был принят сразу же после окончания в 1958 году Киевского театрального института.

Здесь он очень скоро занял ведущее положение. Среди его ролей того периода: Герман («Таня» А.Арбузова), Ромео («Ромео и Джульетта» В.Шекспира), Дон Жуан («Каменный властелин» Л.Украинки), Акоста («Уриэль Акоста» К.Гуцкова). За 4 сезона сыграл более 20 ролей.

В 1962 году Крымский театр выехал на гастроли в Ленинград. В репертуаре был и спектакль «Уриэль Акоста». На Николая Мартона обратили внимание и пригласили в знаменитый Александринский театр.

В труппе состояли такие большие артисты, как Юрий Толубеев, Бруно Фрейндлих, Николай Черкасов… Долгое время он был на вторых-третьих ролях, даже были мысли перейти в другой театр. Если бы он работал только в театре — не выжил бы, конечно. Но у него было Ленинградское радио, лучшее в Советском Союзе. Он прочёл сотни и сотни произведений: поэзии, прозы, западной и отечественной… И это его очень сильно поддерживало.

Яркая эмоциональность, музыкальность, выразительность пластики и голоса – вот те черты, благодаря которым Николай Мартон постепенно стал одним из ведущих артистов труппы. Одними из первых работ на новом месте, принесшими Николаю Мартону успех, стали роли Альбера в «Скупом рыцаре» А.С.Пушкина и Фабиано Фабиани в драме Виктора Гюго «Мария Тюдор». Настоящее же признание к актеру пришло после исполнения им роли Антуана де Сент-Экзюпери в спектакле по пьесе Л.Малюгина «Жизнь Сент-Экзюпери», где актеру с потрясающей достоверностью и убедительностью удалось создать поэтический образ писателя – романтика.

За долгие годы работы в Александринском театре Мартоном было создано немало удачных, разнообразных ролей. Это и преуспевающий художник, щеголь и фат Вагин в «Детях солнца» М.Горького, и умный, образованный граф Шабельский в «Иванове» А.П.Чехова, и стрелочник Эльберт в «Маленьком вокзальчике» Б.Фелона, и Фирс в «Вишневом саде» А.П.Чехова, и Земляника в «Ревизоре» Н.В.Гоголя, и многие другие.

Всего же за время работы в Александринском театре Николай Сергеевич Мартон, сыграл более 90 ролей.

В 1990-е в Театре появилась новая режиссура. Это всегда драматично для сложившейся труппы. Подавляющее большинство ветеранов оказывается не у дел. Высокий профессионализм, творческий протеизм позволили Мартону избежать печальной судьбы ненужного актёра. Он был занят и в спектаклях Владимира Воробьёва («Колпак с бубенчиками», «Хозяйка гостиницы»), и в работах Александра Галибина (Анучкин в «Женитьбе»). Самое поразительное, что он нашёл своё место в работах Андрея Могучего, не вписывающегося в рамки традиционного театра.

С приходом к руководству режиссера В.В. Фокина его творчество обрело неожиданные краски. Артист рискнул попробовать себя в новых театральных системах, в новых ролях – сыграл в «Ревизоре», «Двойнике», «Живом трупе», поразивших многих искушенных театралов новизной сценического прочтения. Андрей Могучий охотно занимает его в своих экспериментаторских работах, таких как «Петербург» А.Белого и «Иваны» по знаменитой гоголевской повести «Как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». Его энергия восхищает. И творческая судьба Н.С. Мартона убеждает: возможности таланта к обновлению поистине неисчерпаемы.

Кино

Помимо работы в театре Николай Сергеевич Мартон регулярно снимался в кино и на телевидении, как правило исполняя небольшие, порой эпизодические роли. Среди них: капитан Симон в трагикомедии «Интервенция», полковник СС в лирической комедии «Женя, Женечка и «Катюша», Исмет-Паша в исторической ленте «Убит при исполнении», Тилден в политическом детективе «Рафферти», Граф Орлов в историко-романтической драме «Звезда пленительного счастья», Альбер в картине «Маленькие трагедии», Кейтель в военной драме «Корпус генерала Шубникова» и другие роли.

В последние годы после долгого перерыва Николай Мартон вновь востребован отечественным кинематографом. Зрители могли увидеть его в сериалах: «Бандитский Петербург» (Фогельзанг), «Агент национальной безопасности» (Королев), «Конвой PQ -17» (Дадли Паунд), «Риэлтор» (Наум Ренатович). Среди последних работ актера: Хадинов в фильме «Прямохождение» и Шон Мак-Денниш в фильме «Белая ворона».

Работы на радио и концертная эстрада с оркестром и хором

Но в наши дни для актера появился еще один источник вдохновения.

В последние годы в продажу поступают все новые аудиодиски, записанные Мартоном. Эта фонотека впечатляет: 18 часов поэзии и прозы Пушкина, 10 с половиной часов – Лермонтова. А также музыкально-поэтические программы, записанные с мужским хором «Валаам» под руководством дирижера Игоря Ушакова. Здесь и русская духовная поэзия, и программа, посвященная присоединению Крыма к России, стихи и песни времен войны за освобождение Болгарии в 1877 – 1878 гг., стихи и песни, посвященные генералиссимусу Суворову.

В проекте «Эхо небес», созданном фирмой «Мир диалога», Николай Сергеевич представил фрагмент романа Л. Н. Толстого «Анна Каренина». Авторы проекта «Эхо небес» написали в предуведомлении: «Голос как терапия, благозвучие как знак устойчивой психики, дар быть в гармонии с окружающим миром!».

И действительно, голос Мартона – это музыка. Не случайно с актером так часто работают музыканты. Недавно Николай Сергеевич вернулся из Испании, где выступал вместе с петербургской Капеллой под управлением Владислава Александровича Чернушенко. Оратория Сергея Прокофьева «Иван Грозный» в исполнении Мартона и Капеллы покорила города Сан-Фелью, Сан-Тандер, Сан-Себастьян.

В 2007 году принимал участие в спектакле-концерте на музыку А.И.Глазунова по драме М.Ю.Лермонтова "Маскарад" Государственной академической капеллы Санкт-Петербурга, посвященном 90-летию легендарного спектакля В.Э.Мейерхольда. Николай Мартон исполнил роль Неизвестного. Творческое сотрудничество с Капеллой продолжилось спектаклем "Пер Гюнт". Николай Сергеевич Мартон стал художественным руководителем постановки - оригинальной музыкально-литературной композиции по драме Генрика Ибсена и сюите Эдварда Грига. Николай Мартон также выступил в роли Пера Гюнта.

Мартон объездил с гастролями и всю Россию (больше 100 городов) от Владивостока до Калининграда, союзные республики бывшего СССР, европейские столицы: Париж, Прага, Берлин.

Личная жизнь

В 2002 году неожиданно ушла из жизни его жена, Лариса Павловна – душевная, приветливая, контактная женщина... Она работала в Александринке помощником режиссёра. Мартоны обожали и берегли друг друга так, как это могут делать однолюбы. Конечно, Николаю Сергеевичу сейчас непросто. Крепкий, здоровый, красивый мужчина, – он остался без той, единственной, без которой не мыслил жизни. Поэтому и пытается загрузить себя предельно, чтоб меньше быть наедине.