Елена Дробышева

Биография

Дочь народной артистки России Нины Ивановны Дробышевей и народного артиста России Виталия Анатольевича Коняева.

В 1993 году окончила Высшее Театральное Училище им. Б.В. Щукина (курс Р. Симонова).

Снималась в фильмах "Черная комната" (А. Окромчедлишвили), "Любовь русская, любовь французская" (А. Александров), "Если бы знать" (Б. Бланк), "12-ая осень" (Игорь Талпа).

Елена Дробышева служила в Московском драматическом Театре им. Р. Симонова, Театре "Espace Acteur" (г. Париж), с 1996-2005 - в "Театре Луны" под руководством Сергея Проханова. Сотрудничала с Театром им. Моссовета, с Центром драматургии и режиссуры под руководством Алексея Казанцева и Михаила Рощина

Была ведущей ток-шоу «Поговори с ней» на телеканале «Домашний».

Елена Дробышева была замужем за актером Александром Козновым (1963-2009), воспитывает сына Филиппа.

Интервью Катерины Романенковой с Еленой Дробышевой от 12.02.2004 года:

Непросто строить творческую карьеру, когда твои родители популярные актеры. Тем более нелегко доказывать свое право на известную фамилию. Елена Дробышева уверена, что надо идти своей дорогой, но с благодарностью смотрит в «Чистое небо» своей мамы.

- У вас довольно известная фамилия, это помогает в профессии или наоборот, мешает?

- Это никак не влияет. В принципе, была опасность вступить в спор с маминой популярностью, начать доказывать всем, и в первую очередь себе, что я тоже могу, что я не хуже, что я добьюсь бОльшего. Это порочно, потому что если тебе Бог дал таких родителей, значит у тебя изначально лучшее понимание этой профессии, так возьми его за фундамент и дальше строй уже свое здание, иди своим путем. Мне радостно, что мы с матерью можем говорить на одном языке: сначала мы друг друга не понимали, мои вопросы и терзания казались ей пустячными, потом мне повезло играть вместе с мамой в спектакле «Убийственная любовь», я увидела, как она работает, я многому научилась. Сейчас мы можем часами говорить о театре и нам не скучно, в искусстве нам нравятся одни и те же вещи.

- Вы росли в актерской семье, чем ваше детство отличалось от детства обычных сверстников?

- Ничем не отличалось. У меня было очень хорошее детство: любимая бабушка, самая обыкновенная дача, походы в лес за грибами – бабушка варила яйца, брала с собой помидоры, и мы в лесу устраивались на поваленном дереве или просто на траве отдохнуть и перекусить. Ничего более вкусного, чем эти яйца я в жизни ни ела.

Еще я очень любила дождь, помню, мама или бабушка выносили мне во двор раскладушку, я забиралась на нее с книжкой, а сверху меня накрывали полиэтиленовой пленкой – я читала сказки и ощущала себя принцессой в маленькой хрустальной комнатке. То, что моя мама известная актриса я не чувствовала, она была просто мамой, которая ходит на работу в театр. Меня не таскали в театр, я не росла за сценой и не вдыхала с детства воздух кулис. Но я понимала, что театр, это нечто величественное, потому, что мама к нему относилась с невероятным трепетом и уважением, она никогда не позволяла себе выйти на сцену в повседневной, уличной обуви и одежде, приезжая на репетицию, обязательно переодевалась.

- Не может быть, что вы никогда не сталкивались с маминой популярностью, фильм «Чистое небо», в котором она дебютировала, имел всемирную славу! Или вы были совсем маленькой, когда он вышел?

- Меня еще вообще не было. Мои мама и папа на этом фильме только познакомились, мой папа, актер Виталий Коняев играл в картине Петьку, боевого товарища героя Урбанского. В фильме у них отношений не получилось, а в жизни завязался роман.

- Видимо, ваш папа был особенным, если сумел обойти секс-символа Советского кино 60-х Евгения Урбанского.

- Об этом часто спрашивают мою маму, она обычно отвечает, что Урбанский ей тогда казался совершенно недосягаемым, в него были влюблены все женщины съемочной площадки. К тому же, когда мама снималась в «Чистом небе» ей было всего двадцать, а ему двадцать семь, и он казался невозможно взрослым и опытным. А мой папа был маминым ровесником, у них были общие интересы, одни и те же друзья, они разговаривали на одном языке.

- Но тем не менее, мы вынуждены задать вам болезненный вопрос: ваши родители расстались, когда вы были маленькой, насколько это было для вас болезненно?

- Конечно, для меня это было тяжело, но мои родители совершенно разные люди. Мое глубочайшее убеждение, что если в семье проблемы, если родители перестали друг друга любить, плохо общаются, не стоит сохранять отношения ради ребенка, ради сохранения семьи любой ценой. Как бы ребенок не любил папу с мамой, но ему не нужна семья, наполненная ложью и лицемерием. В конце концов, это сломает психику ребенка. Понятно, что детям нужно общение в равной степени и с отцом и с матерью, поэтому они должны сделать так, чтоб после развода это общение осталось. У меня это общение было.

Папа устроил меня в замечательную школу. Когда он в первый раз оказался в Париже, он был настолько поражен его красотами и культурой, что решил – его дочь обязательно должна говорить по-французски. А мама хотела, чтоб я училась в английской спецшколе. Отец настоял на своем, он нашел для меня лучшую французскую школу, Поленовскую, где помимо изучения языка мы занимались живописью. А летом уезжали на Оку в усадьбу Поленова, жили там, как масоны, мальчишки занимались хозяйством, а девочки водили экскурсии по залам музея – представляете, какое доверие и ответственность для ребят 12-13 лет! Кстати, из нашей школы вышло немало интересных людей – Егор Кончаловский, Стриженов… Многие уехали работать во Францию.

- Вы сказали, что театр вас в детстве не привлекал, как же все-таки вы стали актрисой?

- После школы я поступила в ГИТИС на факультет театроведения. Мама была счастлива, это же такое великолепное образование, такой объем знаний, потом можно работать где угодно: мои однокурсники и статьи пишут, и в театрах работают, есть продюсеры. Я отучилась год и… Моя генетика случайно вырвалась на волю: однажды я забрела в Щукинское училище на студенческий показ, и меня так потрясло это зрелище, что в голове все перевернулось, я решила, что должна учиться там.

В то время мы очень дружили с Юлей Рутберг, в «Щуку» мы решили поступать вместе – две такие безумные девочки готовили к экзаменам сказку про Федорино горе. Вдруг меня, как осенило: «Юль, - говорю, - мне нужно купить роликовые коньки, тогда я обязательно поступлю!». В то время купить в Москве подобную экзотику было ничуть не легче, чем иностранную машину, три дня мы бегали по городу, облазили все спортивные магазины, но роликов нигде не было. Я жутко расстроилась, думаю: «Все, пролетела я с училищем, точно не поступлю». И вот, накануне первого тура в маленьком магазинчике на Лубянке мы увидели эти ролики. Радости не было предела, мы обе в этих коньках, в коротких юбках, через всю Москву, не обращая внимания на людей, которые огладывались нам в след катились домой, счастливые, что теперь мечта сбудется, что «Щука» не устоит. Я и в правду поступила сразу, а Юля через год. У меня часто так бывает в жизни – я сама придумываю себе приметы, всякие мелочи, но они помогают добиться больших успехов, придают уверенности.

- Вы вышли замуж за однокурсника?

- Нет, он учился на более старшем курсе, тоже актер, сейчас, правда он стал писателем… Как вышла, так и разошлась… Я думаю, если муж актер, жена не должна быть актрисой, или наоборот… Это очень тяжело, возникают всякие моменты непонимания, хотя, казалось бы, наоборот, кто тебя лучше поймет, как не мужчина той же профессии. Как ни странно, у нас не было общих тем для разговора. Может быть, если бы мы трудились над одной работой, было бы что обсудить. Я сейчас вспоминаю – ведь мы с ним вообще ни о чем не говорили! Получается, что мы были чужими людьми. Нет, примерные актерские семьи – это, скорее исключение, и это не про меня, пожалуй для меня возможен вариант, если бы муж был режиссером.

- После института карьера сразу стала складываться?

- Евгений Рубенович создал театр на базе нашего курса, ему дали хорошее здание на Арбате и поначалу все шло превосходно. Но потом наш педагог умер, и хорошая идея превратилась в Бог знает что, сейчас в театре его имени происходит что угодно, только не творческий процесс. Самый трудный период был в начале 90-х, когда кино снимали мало, в театрах тоже шло брожение, реально заработать было нелегко. Сейчас, слава Богу все наладилось, приятно, что наших артистов стали узнавать за рубежом. Мне довелось работать переводчиком на русском проекте «Нотр Дам де Пари», я видела, как записывались наши ребята, и с каким восторгом на них смотрела Марина – продюсер из Парижа, у нее текли слезы и мураши бежали по телу от голосов наших вокалистов. Побольше бы таких проектов.

- Вы снимались в кино, работали в театре, вы – далеко не начинающая актриса, поэтому предложений, наверное поступает много. От каких бы ролей вы отказались?

- От бессмысленных, иногда дико раздражает тупизм. Реально общаешься с режиссером и думаешь: «Боже мой, ты ведь тупица! Чушь какую-то несешь. Что ты хочешь сказать своим кино?». И очень часто это вуалируется за философскими рассуждениями. Один раз я столкнулась с таким режиссером, это было, правда, в театре, спектакль «Маленький принц», я пересилила себя и доработала до выпуска спектакля, потом ушла. Больше с тупицами я не работаю. Еще я не люблю играть, когда моя героиня опасно больна, ни за что не легла бы в гроб.

- Что изменилось в вашей жизни после выхода сериала «Другая жизнь»?

- Ничего не изменилось, это еще один эпизод моей жизни, я рада, что он у меня был, мне приятно, что фильм кому-то помог – ко мне иногда подходят на улице и благодарят. Как-то раз в Доме Кино мы стояли вместе с Наташей Антоновой, которая играла Полину, подошла женщина, обращается только ко мне: «Спасибо вам, благодаря вам наладились мои отношения с мужем. Вы просто Ангел, как вы можете до сих пор общаться с этой мерзавкой?». Но вообще, я не люблю всяких «узнаваний» и, когда получается, стараюсь их избегать: хожу так, чтобы быть незаметной. Понимаете, это не та популярность, которой можно наслаждаться, вот мама рассказывала, что после выхода «Чистого неба» ее поклонники поднимали на руки автобус с кино делегацией.

- Вы – счастливая женщина?

- Я думаю, что я все-таки счастливый человек, потому что адекватно воспринимаю жизнь и стараюсь с юмором реагировать на ее недостатки!