Алексей Одинг

Биография

Алексей Одинг родился и вырос в Ленинграде. В 1999 году юноша окончил СПГАТИ (класс С.Я.Спивака). В студенческих спектаклях сыграл роли: князя Мышкина в «Идиоте» Достоевского, Шпиона в «Кабале святош» Михаила Булгакова, Теодора Тейя Края в спектакле «Профи» (по Д.Ковачевичу), Беню Крика в спектакле «Крики из Одессы» по рассказам Бабеля. Последняя постановка впоследствии вошла в репертуар Молодежного театра.

По окончании института Алексей Одинг был принят в труппу молодёжного театра на Фонтанке. Помимо уже упомянутого спектакля «Крики из Одессы», сейчас в репертуаре актера: «Дни Турбиных» (Офицер), «Любовные кружева» (Василий Сыромятов), «Отелло» (пастор Монтано), «Дон Кихот» (Николас - цирюльник), «Король - Олень» (Тарталья), «Поздняя любовь» (Онуфрий Потапыч Дороднов), «Иов» ( Менухим).

Кино

Алексей Одинг много снимается в сериалах (преимущественно милицейской и криминальной тематики). Среди его героев: Игорь Свицкий в сериале «Агентство НЛС», Константин Бородинский в «Тайнах следствия», Алексей Волин в сериале «Литейный» (серия «Отцы и дети»), Владимир Бодров в девятом сезоне «Улиц разбитых фонарей», эпизоды в сериалах «Бандитский Петербург», «Морские дьяволы», «Опера. Хроники убойного отдела» и другие.

Личная жизнь

Алексей Одинг женат. Его супруга - актриса Молодежного театра Алла Одинг.

Из интервью Алексея Одинга журналу "Молодежка":

-Алексей, Вы, вероятно, никогда не были пай-мальчиком и примерным учеником?

-Да, наверно. Некоторые режиссеры до сих пор видят меня в качестве волка из «Ну, погоди!». В институте всякое бывало, сокурсники даже окрестили нас «магический треугольник»: я, Рома Агеев, Юга Петрович, который на режиссуре учился, и в этот треугольник засасывало других, то Сашу Куликова, то Сашу Карпухова, то еще кого-то. И мы изредка, случалось, уходили в какие-то гулянки сумасшедшие. Сейчас это уже пройденный этап.

Что касается творчества, то я читал, что режиссеры, критики видят во мне такого простого парня с рабочей окраины. Я, действительно, много ролей второго плана переиграл, молодому артисту, может быть, и нужно такие роли пройти, чтобы раскрепоститься внутренне, стать свободным. Но мне уже хочется что-нибудь более интересное попробовать. Я попал в распределение на роль Тузенбаха в «Трех сестрах», но моя мечта не сбылась, до репетиций так и не дошло. Семен Яковлевич сказал: «Подожди!» Ну вот, жду…

Сейчас в «Дон Кихоте» репетирую роль Николаса, тоже такой простой парень, но там будет над чем поработать, по замыслу режиссера мне надо перевоплотиться в женщину, причем на полном серьезе, без кривляния. Такая вот интересная задача!

-В театральный институт вы поступили легко, с первого раза?

-Да, с первого раза и, как мне казалось, легко. Я еще за полгода до поступления в институт учился в радиополитехникуме на инженера-электронщика, там была театральная самодеятельность, мы устраивали всякие КВНы, концерты, спектакли, и группа у меня была музыкальная, песни я пел. Жажда быть на сцене как можно больше привела к мысли, что надо выходить из самодеятельности, заниматься этим профессионально. В театральный институт поступал легко, но потом Семен Яковлевич признался, что я несколько раз был на грани отчисления. Я ведь был наивным, считал: о, какой я гениальный, супер! А Спивак сказал: «Как по лезвию ножа ты ходил, парень». И сколько раз Семен Яковлевич бил меня, прилюдно, на курсе, было ужасно стыдно! Но, в общем, это пошло впрок, я полагаю. И потом он все же взял меня к себе в театр, сказал: «Давай попробуем». Ну, вот, пробуем до сих пор…

-Я читала, что в студенческие годы вы репетировали роль князя Мышкина.

-Мы хотели сделать спектакль по «Идиоту», я репетировал два отрывка - первый, где Мышкин с Рогожиным в поезде едут, начало романа, и второй - интересная сцена с Аглаей. Но я опоздал на генеральный прогон, мы ехали с моим другом Югой Петровичем из пригорода, и у нас закипел двигатель. Мы опоздали на два часа, Спивак был вне себя от ярости, он меня наказал, не допустив второй отрывок до экзамена. Я, конечно локти кусал, эта работа, вся эта ситуация стала для меня большим уроком, и сейчас, уже повзрослев, я не теряю надежды сыграть что-нибудь подобное на сцене или в кино.

-Роль Тартальи в «Короле-Олене» репетировалась в экстремальных условиях – сжатые сроки, непривычная режиссура, работа с маской…

-Лично мне маска только мешает, и все, что я делаю в этом спектакле, не ограничивается маской. Мне не близок театр представления, я стараюсь пропускать все через внутренние состояния, по этому поводу во время репетиций возник конфликт с режиссером, за две недели до премьеры я отказался от роли. Но потом случилось несчастье с Женей Титовым, когда он заболел буквально накануне премьеры, и мне пришлось за три дня вскочить в эту работу. Хотя я ни текста не знал, ни в танцах не участвовал, это был, по сути, срочный ввод. До сих пор бывают ситуации на сцене, когда думаю: а что я дальше-то говорю? Благо, жанр оправдывает импровизацию, зритель ничего не замечает.

-Как рождался такой яркий пластический рисунок роли?

-Это заслуга балетмейстера и Жени Титова, он очень пластичный человек, если бы я придумывал рисунок, я бы, может, его немного упростил, мне порой сложно работать в таком жестком каркасе.

-Надо же, а такое чувство, что вы существуете в образе легко, играючи…

-Знаете, здоровый процент разгильдяйства в актерской профессии, он спасает. В институте я очень расстраивался, волосы рвал на себе, а сейчас считаю: не получается сегодня, значит, завтра получится. У меня жена (актриса Молодежного театра Алла Одинг - Ред.) очень серьезно готовится к репетициям, а для меня готовиться к репетиции - это вот пройтись по Фонтанке, благо я живу недалеко от театра, подышать свежим воздухом, покурить, посмотреть по сторонам…

-Расскажите о драматической ситуации, когда на «Криках из Одессы» вы сломали руку, но героически доиграли спектакль.

-Опять-таки все случилось как раз из-за «играючести». Немножко расслабился в какой-то момент, и получил по пальцам. Я не считаю, что это героизм, у нас профессия такая, полная неожиданностей. Вот как-то Рома Рольбин попал с травмой в больницу, а нельзя было «Двенадцатую ночь» отменить, и я его Курио заменил буквально за два часа перед спектаклем, взял гитару, сыграл два-три аккорда… В «Старые дома» вводился тоже за два дня.

-Так вы еще и мастер срочного ввода?

-Я не горжусь этим, и не считаю, что это вообще правильно. От того, что получается быстро, не всегда испытываешь удовлетворение. Роль нужно самостоятельно взращивать от начала до финала. Таких работ у меня, по большому счету, и не было, кроме Бени Крика. Вот в «Белой ночи» мы с Олегом Куликовым очень интересно поработали, жаль, что режиссер значительно сократил сцены с Вавилой.

-Есть мнение, что невозможно безнаказанно сыграть злодея, вот и вы с Титовым пострадали из-за Тартальи… Как вы относитесь к мистике, приметам, предсказаниям?

-Дело в том, что я Тарталью-то не играю злодеем. На любое злодейство есть своя причина, Беня ведь тоже негодяй, но у меня есть внутреннее оправдание своему персонажу, если бы он не вступился за свою семью и не побил папу, грубо говоря, то еще неизвестно, как бы эта ситуация разрешилась. Точно так же и Тарталья, он - одинокий человек, влюбленный в Анжелу, он 35 лет верой и правдой служит корою, борется за благо государства, хочет добра своей дочке, но все складывается против него. И в конце спектакля, мне кажется, он приходит к покаянию, но слишком поздно. Он достоин сострадания, этот персонаж.

Что касается мистики, то я православный верующий человек, по крайней мере, считаю себя таковым, а моя вера не велит мне доверять предчувствиям, гаданиям.

-Вы конфликтный артист?

-Нет, не думаю, что я конфликтный, я привык верить режиссерам, так меня воспитал Спивак, ему, во всяком случае, я верю на все сто процентов.

-А в творческой семье бывают творческие споры?

-Бывают. Когда моя жена выпускала «Священные чудовища», где у нее очень сложная роль Эстер, мы сидели долгими вечерами, ночами на кухне и спорили, спорили А потом я думал: зачем я это делаю, пришел домой - отдыхай, все… На работе - работай, дома отдыхай.

Вот, кстати, что касается гаданий, предсказаний судьбы…Когда я был человек холостой, учился в институте и мечтал найти жену, я дал себе слово, что это не будет артистка. Потом сделал все наоборот и не считаю себя несчастливым в этом отношении человеком.

-Любите ли вы путешествовать?

-Путешествовать люблю, но долгое отсутствие вне родины меня гнетет, проверено практикой. Мы ездили на гастроли в Черновцы, где я был занят от звонка до звонка, это случилось еще и вскоре после рождения моей дочки, поэтому я через 10 дней уже умирал, так хотел домой. Ездили летом в Болгарию отдыхать с женой, мне хватило на курорте пяти дней, хоть и солнышко светило, и все было замечательно, меня тянуло домой в наше родимое питерское болото.

-А как вы вообще отдыхаете, что смотрите, что читаете?

-Если есть время, люблю поваляться на диване, посмотреть какое-нибудь кино хорошее – именитых режиссеров, с известными артистами. Например, мне интересно смотреть любой фильм Спилберга. Посмотрел все рекламируемые отечественные фильмы – реклама это вообще великая вещь! – «Живой», «Меченосец», но большого впечатления не получил, точно так же как от «Дневного дозора» в свое время.

Любимых книг много, времени для чтения очень мало. Сейчас читаю «Доктора Живаго» Бориса Пастернака.